Левобережные деревни (И.Г. Фаронов)

Деревня Яма
В трех километрах от Сыренца вдали от реки Наровы, на берегу струги стояла деревня Ямы. Название этой деревни, пожалуй, вполне соответствовало, своему местонахождению. Когда смотришь на эту деревню издали, то она стояла действительно в какой-то яме. Деревня эта имела, пожалуй, домов 80-90. Стояла она по обе стороны дороги, была очень зелёная. Земли у жителей было мало и малоплодородна, поэтому сельским хозяйством здесь занимались немного. В основном, огородничеством, рыбной ловлей, так как заводи Ямской струги были богаты рыбой. Не случайно после войны Ямская струга стала заповедником. В зимнее время всё население занималось сапожничеством. Была в деревне церковь, не очень старинная, сложенная из серых валунов и не имеющая архитектурной ценности. На кладбище была вторая церковь, которая, и в настоящее время действующая. Необходимо отметить, что население этой деревни было особенно верующее, богомольное.
Был народный дом, который находился в бывшей школе. В нем находилось культурно-просветительское общество "Искра". Волостное правление Сыренской волости, кооперативная лавка, помещение для пожарной машины, школа. Деревня эта была, так сказать, музыкальная. Многие парни играли на баянах и аккордеонах. Недалеко от Ям была, так называемая, "Ольгина горка", где проходили празднества "русской песни", и недалеко был, так сказать, филиал Пюхтицкого монастыря "Гефсимания", где жили монахини. Выше я говорил о том, что в деревне было много музыкантов. Особенно выделялся баянист Александр Хапов. Его имя гремело по всему Принаровью. Если на танцевальном вечере играл Хапов, там всегда было много молодёжи. Он был своего рода рекламой. Он перешёл границу, ушёл в Советский Союз и там погиб.

Жили там Перчаткины, Хаповы, Криворуковы, Росовы, Грабовы, Мочёновы, Адуевские, Барановы, Нестеровы, Пекаревы и многие другие.
В годы Великой отечественной войны некоторые жители этой деревни оставили после себя не самую лучшую славу. Некоторые уклонились от мобилизации в ряды Советской Армии. (Справедливости ради, хочется отметить, что в рядах Советской Армии воевало 75 жителей этой деревни, многие из них ушли добровольцами еще в 1941 году). С приходом немцев нашлись такие, которые стали служить немцам, одели на рукав белую повязку, их называли "белоповязочниками". (Опять же, большинство из них пошло на службу немцев по принуждению). Есть слухи, что один из них принимал участие в поджогах местных деревень при отступлении немцев в 1944 г. и при уничтожении церквей. Вот, пожалуйста, вам и вера в Бога, и благочестие, и усердное боговоление, и богомоление.
В настоящее время эта деревня застроилась, дома добротные, дорога на деревню асфальтирована.


Кароль
В двух-трех километрах от Ям стояла деревня Кароль. Название её легко объяснимо - Кароль, владеющий королевством, королевская власть и т.д., но какой здесь был король, когда он и каким правил королевством - трудно объяснить.
Деревня эта тоже стояла на берегу струги, впадающей в реку Нарову. В деревне было домов 35-40. Жили здесь: Цыгановы, Чапурины, Пелешевы, Лантовы, Крутояровы, Климцовы и другие. Ничем особым эта деревушка не выделялась. Жили люди тихо, мирно. Занимались земледелием, но земли так же было мало, ловили рыбу, так как во время весенних повадков вода реки Наровы разливалась, и когда прямо перед деревней большая площадь заливалась водой, то вылавливали много рыбы. Да и в самой карольской струге тоже порой было много рыбы. Основные преимущество крестьян этой деревни состояло в том, что они имели много заливных покосов. Заливными называли те покосы, которые были расположены по ту и по другую сторону реки, и во время весенних паводков заливались водой. Это были лучшие покосы. Травы росли здесь густые, сочные и питательны для скота. Так вот у этой деревни, прямо перед деревней было много хороших покосов, следовательно, они могли держать много скота. Был в деревне народный дом и при нём, как в других домах, культурно-просветительное общество им. А.С. Пушкина. В годы войны очень много молодёжи погибло на фронтах. Деревни наши были друг напротив друга, и мы молодёжь осень часто ходили гулять в эту деревню. Очень многое связано с ней в молодости. После войны в ней сохранилось несколько домов, к ним еще много настроили и сейчас это неплохая деревушка, а жителей очень мало. Остались только старики, да старушки. В зимнее время жизнь замирает, а летом приезжают дачники, едут в деревню провести в ней отпуск свои карольские, проживающие в городах, и тогда в деревне становится более оживленно. Такая картина, между прочим, и во всех деревнях. Это очень печальное явление. Почему молодёжь не хочет жить в деревне? Чем тяготит её деревня?
В годы войны погибли: Павел Цыганов, Анатолий Гайдов, три брата Климцовых, Александр Пелешев, два брата Лаптовых, Петр Чапурин, Петр Гамзеев, Крутояров Николай. Николай Чапурин погиб после войны в борьбе с бандитизмом. Из такой маленькой деревни погибло одиннадцать человек.

Верхнее село
Ниже по течению в трёх-четырех километрах от Кароли, на левом берегу реки Наровы стояло село Верхнее Село. Название этого села говорит само за себя. Перед деревней был большой остров. Верхнесельский остров и деревня эта стояла на берегу этого рукава левее острова. В годы войны в районе этого острова держали оборону бойцы Нарвского истребительного батальона. В годы оккупации немцы сильно заминировали его, и в 1944 г. после освобождения этого края, советские сапёры разминировали его. Но, несмотря на это после войны 
на этом острове на минах подорвалось очень много мальчишек из этой деревни. Деревня эта имела несколько улиц. Дома в основном были большие и добротные, обшитые тесом и покрашенные. В деревне, пожалуй, было домов 60. Жили здесь: Гладышевы, Усановы, Колобашкины, Касперы, Голубевы, Соловьевы и другие. Люди, так же как и в других деревнях занимались земледелием, рыбной ловлей, работали на лесозаготовках в лесу, сплавляли гонки, корили пропсы, вернее, работали везде, где только можно было заработать копейку. Люди этой деревни отличались тем, что были очень бойкие, говорливые, молодёжь была драчливая. Не знаю почему, но наша деревня как-то дружила с Верхнесельскими. Ходили в гости друг к другу, вместе гоняли гонки, работали на сплавах.

Деревня стояла на довольно высоком берегу, почва была песчаная, поэтому грязи, как это было, например, в Омуте, не было. Деревня была, так сказать, сухая. Был в этой деревне так же Народный дом, общественная лавка.
Немного ниже деревни был паром. На пароме через реку перевозили людей, лошадей с повозками и разную кладь. Ведал паромом Борис Гладышев.


Князь село
В трёх километрах от Верхнего села, на высоком берегу раскинулось большое село Князь село. Но какой здесь был князь, каким княжеством он правил, трудно сказать. В этом селе так же было домов 70. Жили здесь: Беззаборкины, Орловы, Ореховы, Гусевы, Махонины, Бубновы и другие. Занимались жители земледелием, рыбной ловлей, работали на лесопильном заводе "Турау", а также не всевозможных отхожих заработках: на баржах, на сплавах леса, на лесоразработках, корили пропсы и т.д. В 1939 г., когда Советский Союз строил военные базы на островах Моонзундского архипелага по договору с буржуазной республикой Эстонией, то многие молодые люди этой деревни работали на этих базах. Отличительной чертой молодёжи этой деревни было то, что молодёжь здесь ходила лучше одетой, и у молодёжи всегда были деньги. В деревне так же был народный дом, и в нём культурно-просветительское общество "Молния". Стоял народный дом на высокой горе. Были также школа, кооператив, пожарная машина. Люди жили не богато, но во всем чувствовалась какой-то шик и жизнь на широкую ногу. Как и в других деревнях в годы войны многие парни не вернулись домой. За Князь селом в двух километрах стояло 3-4 дома. Это место называлось Городёнкой. Вот здесь-то и стоял лесопильный завод братьев Турау.


Вязки
Последней деревушкой на левом берегу реки была небольшая деревушка, домов 10-12 - Вязки. Название деревни, видимо, происходит от слова "Вяз", только это слово употребляется, во-первых, во множественном числе и ласкательно Вязок, Вязки.
Жили здесь эстонцы. Насколько я помню, дома там были плохие. Крыши некоторых домов были покрыты соломой. Может быть, раз или два пришлось бывать в этой деревне. Чем там занимались люди, кто там пофамильно жил, я не знаю. Дальше по левому берегу до самой Нарвы уже не было никаких деревень.

Следующая страница