История строительства молов у истока Наровы, часть 2


Повествование для удобства восприятия будет разбито по годам. В этом описании будет много разных цифр, взятых из отчётов о проведении работ. Эта информация может показаться избыточной, но обойтись без неё, как и в любой технической документации, совершенно невозможно.
Все оригинальные документы были написаны по-эстонски, и иногда было достаточно непросто подобрать адекватный перевод ряда технических терминов. По прошествии времени далеко не все тонкости в работе остались понятными. Участников работ, увы, уже нет, а немногочисленные свидетели мало что помнят о конкретных деталях.




1929 год 

Можно считать, что к первым действиям по строительству приступили с 1 июня. Две специальных баржи по подъему камней и пней стали доставать крупные камни от истока реки и на протяжении 15 км до Скарятины. На каждой работало по 12 человек в 2 смены. С июля они работали уже на деньги, выделенные для понижения уровня озера. В течение осени до 1 декабря эта деятельность велась в одну смену, и в ней было занято 8 человек. За 1929 год подняли со дна реки 1000 кубометров валунов. Эти большие булыжники были уложены в основание мола №3, и, так образом, было сформировано примерно 50 метров длины. На самом деле камни из реки извлекали и в 1926 и 1927 годах. Тогда эта работа велась по линии строительного отдела Главного управления Морских дел, и руководил ей В. Глушков. На этом деле было занято 6 человек, которые в первый год трудились 3 месяца, а во второй — уже шесть.

Как писали в газете в начале июля Сыренец посетил, видимо, для осмотра места предстоящих грандиозных работ министр путей сообщения О. Кёстер.

Где-то с июля в Нарву начали поступать материалы, необходимые для проведения работ. Их надо было разгрузить и перевезти сначала в Кулгу, а потом на барже по реке — в Васкнарву. Тогда же в июле приступили и к строительству построек на берегу реки Втроя (см. главу 2). Основные работы по подряду выполняли Александр Соколов и Александр Косолапов. Они успели все закончить до сентября. В октябре-ноябре приступили к возведению склада для взрывчатки в Кошучках. В ноябре возвели мост через реку Втрою. В конце ноября и начале декабря перевозили в Васкнарву взрывчатку и другой инвентарь.

Компрессорное судно «Пуурия» прибыло из Тарту в Васкнарву 27 ноября. Из-за боязни ухудшения ледовой обстановки судно доставили из Тарту без проведения там пробных работ. 3 декабря 1929 г. его приняла комиссия.

Сверлильные работы компрессорное судно начало непосредственно после 12 декабря, когда работали 3 бурами в одну смену. Ледовая ситуация в тот период была спокойная и не мешала сверлению. В январе ситуация усложнилась. Холодная погода и лёд вынудили остановить сверление. Однако к январю 1930 года накопился уже некоторый опыт, которым Тильзен не преминул поделиться с начальством:
1) Длинные сверла в ледяной воде обмерзали. На компрессорном судне был установлен длинный ящик с паровым подогревом. В ящик было возможно было разместить до 10 сверл.
2) Сжатый воздух в 6 атмосфер, поступая из теплой машинной комнаты, вбирал в длинных шлангах много влаги. В итоге выделялся конденсат, и в месте соприкосновения шлангов с металлом образовывался лёд, так что воздух не мог проходить.
3) Река Нарова обычно редко замерзает на протяжении 20 км в верхнем течении, и только в очень холодные годы совсем закрывается льдом. По берегам образуются ледяные полосы, лёд свободно плавает и повреждает опоры сверлильных понтонов. Маленькие до 2-3 квадратных метров льдины не особо опасны для понтонов, они просто останавливались перед ними. Большие льдины обычно хорошо видны, проходят с промежутком 2-5 часов. Тогда поднимали опоры, и понтоны были просто на плаву и таким образом льдины не наносили им ущерба. В один обеденный перерыв, рабочие не пришли вовремя поднять опоры, и льдина повредила на двух понтонах 8 опор. Воздушные буры были вынуты, понтоны не перевернулись, но якорные троса порвались. К счастью, повреждения были не очень большие, и сломанные деревянные опоры были заменены.
4) Сильный мороз затруднял работы и понижал продуктивность.

По плану на протяжении 1,5 км (профили №92 - 108) в месте сверления и проведения взрывных работ дно должно было быть чистым, без наносов, при средней глубине 2,5 метров. Однако по факту оказалось, что скалистое дно не совсем ровное, и было найдено много бугров. Быстрое течение несло по дну остатки камней и песка из озера, и потом уже из верхней части — вниз по реке. Камни часто залипали поверх пробуренного сверления, уже после того как бур вынимался. В этом случае держали наготове пробки и быстро закрывали ими отверстия. 
Работы по бурению шурфов со сверлильных понтонов. Вершками обозначены готовые шурфы.(из личного архива автора)

Сверлильные работы также прояснили характер скал на дне реки. Например, встречался коричневый доломит, в котором часто были пустоты размером 0,5 — 1,0 куб. м. В другом месте скальное дно состояло больше из обычного плитняка.


Скалы на дне, как правило, были слоеные. Верхний слой состоял из плитняка толщиной 0,9-1,2 м и проходился без больших преград. При сверлении отверстий на глубину 3-3,5 метров встречались 3-4 промежуточных мягких слоя. Все мягкие слои — белые, грунт на вынутых бурах, выглядел как глина, и на воздухе эта глина быстро высыхала и твердела. Глиняные слои были толщиной 5-15 см.

В самом низу отверстий был коричневый слой, и он отличался от верхнего. Его толщину выяснить не удалось. Интересно отметить, что алмазный бур на такой же глубине остановился из-за того, что на дне отверстия было так много песка, что дальше сверлить было не возможно.

В слоях из глины крошились раздробленные камни, что затрудняло сверление, так как эти осколки застревали между сверлом и стенкой отверстия. Без промежуточных слоев плитняк сверлиться со скоростью 3,5 метров в час, но в реальности производительность была намного меньше. Особенно много времени уходило, чтобы извлечь застрявшие куски из сверл и сверлильной штанги. Центральный канал приходилось прочищать специальными ручными сверлами. Переустановка сверлильных понтонов проходила быстро, и не требовала много времени. Если всё это учесть, то получалось, что в действительности на сверление 4,5 метров уходил целый рабочий день (8 часов) или 0,56 метров в час.

На первой площадке расстояние между отверстиями было 1,75 метров, на другой — 3,5 метров и на третьей — 2,25 метров. На второй площадке выяснилось, что имеются слои плитняка и взяли слишком большое расстояние.
Было сделано интересное замечание, что в то время, когда одно отверстие при сверление прочищается сжатым воздухом через бур, в тоже время иногда очищались и соседние отверстия при условии, что они не закрыты пробкой.
Слои плитняка ослабляли, в известной степени, силу взрыва, так как взрывная волна через все отверстия устремлялась наружу. Это было, без сомнения, вредное влияние.
Опыт показал, что сверление скал на дне с промежутком 2,25 метров вполне удовлетворяет. Если считать ранее принятый шаг 1,75 метров, то в таком случае надо было сделать в 1,65 меньше отверстий.



1930 год

Хотя работу попытались проводить и зимой, но в конце концов, убедились, что это не рационально, и поэтому сверление прекратили с 1 февраля 1930 г. Надо понимать, что работы на реке зимой целый рабочий день — это то еще удовольствие! Но народ был крепкий, к таким вещам привычный. Многие ходили на рыбный промысел зимой на озеро и проводили там не один день подряд.

В марте ожидалось облегчение ледовой обстановки, а к 1 апреля береговой лёд должен был полностью исчезнуть.

Так как затянулась история с приобретением судов, и, соответственно, сдвинулись сроки начала самих работ по регулированию уровня Чудского озера. Потребовалось внести изменения в ранее принятый закон по части финансирования проекта. Общая сумма осталась прежней — 1653000 крон, но продолжительность работ увеличивалась на 1 год.
15 апреля 1930 г. изменения были утверждены в Рийгикогу, и тогда финансирование по годам стало выглядеть следующим образом:
1928/29 гг. — 150000 крон;
1929/30 гг. — 250000 крон;
1930/31 гг. — 182511 крон;
1931/32 гг. — 260000 крон;
1932/33 гг. — 210000 крон;
1933/34 гг. — 210000 крон;
1934/35 гг. — 210000 крон;
1935/36 гг. — 180489 крон.


Как было написано выше, после небольшой паузы компрессорное судно и понтоны приступили к сверлению 7 апреля. Однако, весь апрель и начало мая из озера шли льдины. В момент наибольшего ледохода из Васкнарвы по телефону сообщали об опасности на компрессорное судно. Там сразу прекращали работу, и сверлильные понтоны вытаскивали из воды.

Взрывчатка была приобретена от польской фирмы AS “Lignosa”. Это был нормальный гелатин с 92-93% содержанием нитроглицерина по цене 2,02 крон за кг, и было закуплено 3,5 тонны. Кроме того, приобрели такое же количество взрывного гелатина по цене 2,27 кроны за кг. И для обоих видов купили динамитные капсули по цене 1,68 и 1,84 кроны за кг.
Приобретенная взрывчатка содержала большое количество бризанта, что для разрушения слоёных скал было очень важно.
Также министерство Обороны выдало 1 тонну шнейдерита и аммонала. Эта взрывчатка «боялась» воды, и её надо было устанавливать в специальные жестяные цилиндры.

Сверление скал на дне реки проходило при помощи компрессорного судна «Пуурия». Первые 2 месяца работали в одну смену, потом — в 2 смены. В каждую смену было задействовано 6 сверлильных буров, работавших на сжатом воздухе. Сверлильные работы начались 9 апреля и были закончены 28 ноября 1930 г. Было просверлено 1916 отверстий при средней глубине 3,18 метров и общей длиной — 6418 погонных метров. На дне проделали своеобразную канаву шириной 35-37 метров и длиной 250 метров. На площади 9054 квадратных метров было выполнено 10% от общего объема сверлильных работ.
Были некоторые проблемы с надежностью сверлильных буров. Особенно часто ломались какие-то пружины, реже детали внутри. Поломки повторялись, если бур был перегружен. У бурильных штанг очень большой длины (до 6,5 м) была сильная вибрация. Если иногда воздушное давления уменьшалось с 6 атмосфер, при котором бурам было разрешено работать, до 4,5 атмосфер, то ломалась сверлильная головка.
Бурение шурфов с понтонов со сверлильных понтонов. Шлангом подается сжатый воздух с компресорного судна.(из личного архива автора)


В течение этого года при работах по сверлению и разрушению дна прояснилось состояние донных скал, которое нельзя было назвать простым.

С другой стороны решено было, что возможно увеличить расстояние между отверстиями с 0,5 м до 2.25 м, что значительно уменьшало количество сверлильных работ. Правда, оставалось еще не понятно, сумеет ли справиться с большими кусками углубитель, когда будет чистить дно.

Просверленные отверстия в количестве 100-200 штук ожидали заполнения взрывчаткой закрытыми пробкой в течение до 1 месяца. Эти места обозначали деревянными вехами. Если пробка держала надежно, то заполнение отверстий взрывчаткой было простым. Но во многие отверстия всё-таки попадал песок и глина, а в мягких слоях отверстия могли просто завалиться. Тогда приходилось прочищать их воздухом, чтобы удалить оттуда всё лишнее.

На очищенные воздухом отверстия на дно реки устанавливалась труба диаметром 10 см из оцинкованной жести. Внутрь этой трубы вставлялась другая трубка диаметром 5,5 см также из оцинкованной жести. Через малую трубку взрывчатка с помощью длинной палки загружалась в отверстие. Наружная труба защищала внутреннюю трубу от повреждения быстрым течением. В каждое отверстие устанавливалось 5 взрывных зарядов по 625 грамм каждый. Сверху ставился еще один динамитный патрон весом 625 грамм, в который был вставлен запальный капсуль. Всего получалось 3,75 кг взрывчатки на одно отверстие. Последний патрон выступал из отверстия на 0,1-0,2 метров. Запальный патрон заканчивался держателем электрошнура. После загрузки труба прочищалась, и на неё ставили длинную выточенную пробку, с которой над поверхностью воды выходил верхний конец шнура запального патрона так, что шнуры можно было соединить над поверхностью воды. Запальные капсулы соединялись группами по 40 штук, и группы объединялись параллельно главным электропроводом. До соединения, каждую группу проверяли на наличие повреждения изоляции водой.

В этом году было использовано 6550 кг взрывчатки, из которых 950 кг было полученно от министерства обороны. На отверстие уходило в среднем 4,0 кг взрывчатки и на 1 квадратный метр взрываемой площади — 0,312 кг. Некоторые особые условия, проявившееся при проведении работ: 1) Иногда скала была настолько ломкой породы и с глиной, что было невозможно осуществить бурение. Приходилось останавливать сверление таких отверстий; это составило 8,2% от общего числа; 2) часть от просверленных отверстий, 7,1% от общего числа, при загрузке взрывчатки, засорялись песком в этот момент так быстро, что их заполнение взрывчаткой было невозможно; 3) после бурения первого поля не была сделана очистка, что привело к большему количеству отверстий, оставшихся незаполненными. Кроме того, у 2,6% (50 шт.) отверстий повредился под водой электрический провод к взрывным капсюлям.
Первые два поля заполняли и организовывали взрыв подрывники из министерства обороны.
Как бонус, после взрывов ниже по течению местные жители собирали оглушенную рыбу.
На деятельность компрессорного судна «Пуурия» в этом году было израсходовано 17942,00 крон. На взрывные работы вместе с приобретением взрывчатки — 21436,00 крон. В итоге разрушение 1 кубического метров подводной скалы обошлось в 2,80 кроны.


Черпающий углубитель «Хииглане», или как его еще называли багерная машина или по простому — «багорка». Багорка провел пробные работы 2-27 ноября 1930 года. «Фронт» работ был ему обеспечен проведением в течение почти года взрывных работ. Хотя летом каким-то образом, вероятно, при помощи камнеподъемной баржи, относительно мелкие куски разрушенных скал были подняты со дна реки и погружены в баржи. Во время пробных работ углубителем было загружено 18 барж, извлечено примерно 1400 кубических метров камней со дна реки, которые, как оказалось, этому агрегату поднимать было совсем не трудно.

Углубитель был задуман для работы по течению, однако некоторое время работал и против течения. Оказалось, что в таком случае ковш несколько лучше забирал грунт. Однако разница была небольшая и того не стоила, так как в таком случае баржи под погрузку было ставить значительно тяжелее. Выявились и первые недостатки конструкции или изготовления у углубителя — один шарнир паровой трубы пропускал слишком много пара. Впрочем, это довольно оперативно удалось исправить.
Углубитель (багорка) "Hiiglane" в Васкнарве. 1930 г.(из собрания Эст. морского музея MM F 7539)


Багорку можно было переставлять с места на место, как пароходом, так и при помощи двух специальных маневровых лебедок. На корме «Хииглане» был якорь, и с каждого борта выходило 2 стальных троса. Еще по одному тросу выходило из кормы и носа. Троса крепились на берегу якорями. Работая якорем и подтягивая 4 троса при помощи лебедок, углубитель возможно было достаточно точно и безопасно переустанавливать. К тому же имелось три опоры, которыми углубитель опирался на дно. Стрела ковша позволяла работать до глубины в 5 метров. Однако при высоком уровне воды глубина дна углубительной канавы может вырасти до 6,2 метров, и тогда достать до самого дна будет невозможно, и надо было ждать низкую воду.

В 1930 году углубитель успел загрузить 18 барж, всего 1400 кубических метров камней и каменного мусора. Погрузка одной баржи занимала 1 ½ — 1 ¾ часов. Причаливание и отчаливание баржи к борту углубителя занимало примерно 15-20 мин.
Баржи стояли под загрузку не у самого борта углубителя, а на некотором расстоянии, хотя при этом и крепились к его борту. Дистанция определяется длиной стрелы ковша, минимально для выгрузки ковша нужно 9,0-9,5 метров, ближе ковш было не освободить от камней. Дно ковша желательно было открывать медленно. Если ковш был полный воды и с камнями всё это сбросить в баржу, то воду надо было постоянно откачивать насосом воду. Дно ковша приоткрывали на 0,1-0,2 метров, так что камни не выпадали, а вода вытекала. Баржи особенно не повреждались камнями, только если бросить особо крупные камни в пустую баржу.

Всеми механизмами углубителя управлял баггер-мастер, который находился на надстройке. Помогал ему помощник, чьё рабочее место находилось в секторе стрелы и поворачивалось вместе с ним. Из этого поста осуществлялось управление только открытием и закрытием дна ковша, так как именно ему было хорошо видно это место.
Команда углубителя при работе в одну смену состояла из 14 человек: 1 начальник, 1 механик, 1 баггер-мастер (по современному экскаваторщик), его помощник, 2 кочегара, 2 смазчика, 1 повар, 1 боцман и 4 матроса. Боцман и матросы принимали баржи от буксировочного судна, устанавливали баржи под ковш, подтягивая их лебедками, затем наполненные баржи отцепляли и ставили на якорь.

Для вывозки камней со дна было приобретено 6 грузовых барж. Из их конструктивных недостатков выяснилось, что поворачивать баржи рулем с румпелями было довольно тяжело. После того, как донные замки подъемным механизмом освобождали, баржи выгружались в Чудском озере. Если же камни не выходили из грузового отсека, тогда им помогали железными прутьями, и окончательное опорожнение шло легко.
Пароход "Талабск" в устье реки Втрояприм. 1932 г.(фото из книги Л. Михайлова "Поселения, Понаровья")


Паровой пароход «Талабск» начал свою деятельность 1 августа и в течение трёх месяцев буксировал баржи с дровами (всего 3500 куб. м) из Чудского озера от Ремнику по Нарове к рабочим местам. В конце октября «Талабск» вместе с пароходом «Уку» буксировали углубитель из Тарту в Васкнарву. В ноябре он таскал баржи в Кошучки под погрузку и в Чудское озеро — для разгрузки. Паровая машина «Талабска» проработала 362 часов, и пароход прошел 1750 км с пустыми и наполненными баржами. По бумагам паровая машина была мощностью 100 лошадиных сил, но по факту без нагрузки — только 78 л.с. Наполненную баржу при сильном течении в порогах буксировать ему было достаточно трудно. То есть силы у «Талабска» было явно маловато, но другого, более сильного буксировщика, найти в этом регионе было невозможно. Собственная осадка у парохода была 1,5 метров и длина составляла 19,2 метров. В этом отношении он был вполне подходящим для работ и мог маневрировать при большой скорости воды.


Моторная лодка «Сортсилане» обеспечивала сообщение между базой в Васкнарве и местом работ в 11,5 км ниже по течению в Кошучках. Лодка перевозила материалы из склада на компрессорное судно и углубитель. Всего проработала 635 часов и проехала 6250 км.


Для конторы в Нарве по адресу Vestervalli 16-7 было арендовано помещение. Видимо показалось, что самое логичное решение, это разместить управленцев в ближайшем городе, а не поблизости от места работ в деревне. Потом для конторских помещений за 45 крон в месяц сняли 3 комнаты опять же в Нарве по адресу Moonaladu 9-8. Две комнаты площадью 70,2 кв. м использовались непосредственно для работы, а в 3-ей жил бухгалтер-делопроизводитель И. Страндберг. Впрочем со Странберга вычитывали 25% от стоимости аренды — 11 крон 25 центов в месяц. Кроме указанного лица за этой конторой числился руководитель работ, видимо, подразумевалось, что всем процессом он будет руководить удаленно, а также техник, машинистка и уборщица. В конторе в Васкнарве работали помощник руководителя работ и кладовщик.

2 мая 1930 года с А. Башмановым (Дюк-Переволок) был заключен договор аренды части земли с оплатой 18 крон в год. Как приложение к этой достаточно символической сумме, хозяева получили оплачиваемую должность сторожа склада взрывчатки. А фактически напротив на Верховском острове Гладышев Валентин Егорович сдал свой участок в 2000 кв. м за 30 крон в год. Вероятно, эта площадка использовалась для складирования топлива для судов, а точнее дров. Емельян Смирнов из Заборовья получал за аренду своей земли 50 крон в год. Там, по всей видимости, располагался другой склад взрывчатки, где её готовили к работам.


Любопытно, что жителей деревень просили брать камни в то время, когда баржи стояли у берега во время шторма и использовать их для ремонта дорог и укрепления берега. Дескать, так баржи будут разгружаться быстрее. Всё равно по плану 70% из вынутого со дна количества камней были не нужны и только 30% необходимы для строительства молов. Как описывалось в конце 2-ой главы, государство выделяло средства на укрепление берега, а тут не надо было нести никаких расходов, так как камень доставался бесплатно. Не осталось никаких сведений, что народ на самом деле как-то массово использовал этот «халявный» материал. Хотя кто-то наверняка и не преминул воспользоваться этим предложением.


Все работы в этом году были закончены к 28 ноября.

За период 1.04.1930 — 1.01.1931 годы было всего израсходовано 242726,24 крон. Из них на заработную плату (это кроме тех, кто был приписан к судам) — 9418,03 крон, приобретение больших инструментов (точнее разных судов) — 56657,77 крон. В этом году выплатили за приобретение углубителя — 90743,10 кроны, а на его непосредственную деятельность потратили — 68818,40 кроны. На сверлильные и взрывные работы затратили 43810,92 кроны, на работу буксировщика «Талабска» и баржи — 15349,45 крон. С учетом потраченного ранее, к концу 1930 года было израсходовано 540975,07 крон или 32% от всей выделенной суммы. При этом остаток выплат за изготовление «Хииглане» был еще примерно 150000 крон! От Государственного лесного производства было приобретено дров на сумму 165000 крон, которая тоже еще не была выплачена.




1931 год

Не закончилась история с изменениями финансирования работ. В свете ряда обстоятельств, о которых речь пойдет ниже, правительство 28.01.1931 г. решило изменить закон о кредите по регулированию уровня воды в Чудском озере. Сумма осталась прежней 16530000 кроны, но вот срок окончания работ был отодвинут на полтора года. Министерство дорог определило, что работы следует выполнить самое позднее к 1 апреля 1938 г. Эти изменения 27.03.1931 г утвердил Рийгикогу.


На 1931 год государство выделяло кредит 250000 крон, из которых 110000 крон необходимо было выплатить Портовому заводу за строительство углубителя «Хииглане». Так что на всю основную деятельность оставалось 140000 крон. С учетом этой суммы было запланировано: 1) Сверление речного дна с помощью компрессорного судна «Пуурия» и взрывные работы в одну смену; 2) Взорванные камни извлекать углубителем «Хииглане» и с помощью парохода «Талабск» и моторной баржи «Хюва» на баржах вывозить в Чудское озеро; 3) Строительство мола №3 на песчаной отмели в Васкнарве и 4) 1 января - 1 апреля 1931 г. зимний ремонт судов.

Так как уже осенью 1930 г. все самые важные рабочие суда были на месте и приступили к работе, то в 1931 году прибыли только маленькие плавающие вспомогательные суда, о которых рассказывалось во 2-ой главе. Это были: 1) один длинный сверлильный понтон, 2) один маленький понтон с лебедкой для «Хииглане», 3) ручной кран, который соорудили на уже имеющихся понтонах, 4) была смонтирована моторная баржа и 5) у 4 барж с открывающимся дном были подняты стенки грузового отсека.
Чертеж емкости, использовавшиеся для разгрузки барж вручную.1931 г.(из фондов Эст. гос. архива)


Для разгрузки камней краном из барж, у которых дно не открывалось, были приобретены три железных цилиндрических ёмкости, такие своеобразные бочки. Их устанавливали в баржи и наполняли камнями вручную. Эти ёмкости имели объем 1,05 кубического метров, диаметр 1,1 метров и высоту также 1,1 метров. Краном подавалась специальная цапфа, которая зацеплялась двумя крюками за специальные штыри. При поднятии цапфа фиксировалась защелкой, расположенной на верхней грани ёмкости. После поднятия и перемещения бочки краном в нужное место, её можно было достаточно легко разгрузить. Для этого освобождалась защелка, ёмкость поворачивалась, и камни из неё высыпались. Это получалось потому, что поворотная цапфа прикреплялась к штырям ёмкости, расположенным ниже середины. Соответственно центр тяжести у «бочки» был достаточно высоко, что и определяло её опрокидывание. Правда, на дне освобожденной оставалась часть камней, которые не давали вернуть её в исходное состояние. Тогда за дно закреплялись крюком, который через маленький блок на конце стрелы поворачивал ёмкость, и опорожнял её полностью. Каждая эта бочка весила 366 кг и упомянутая цанга еще 75 кг. Они были сделаны из расчета 0,65 кроны за килограмм. Каждая стоила 237,90 кроны, и за все три вместе с одной цангой заплатили 762,45 кроны.


На 4 баржах с донными люками были надстроены на высоту 0,6 метров деревянные борта у грузовых отсеков. Это позволило увеличить объем загрузки с 93 кубических метров до 116 кубометров. На каждую баржу потратили 200 крон.


С начала года до мая на компрессорном судне «Пуурия» проводился ремонт мотора компрессора, самого компрессора и другого механического оборудования. Понятно, что машины имеют свойство изнашиваться, особенно при возрастании интенсивности работ. Но в данном случае полноценно проработали всего лишь один год. Опыт в 1930/31 гг. сверлильных работ показал, что, особенно в верхней части углублений, для сверления дно реки сложное и промежуточные глиняные слои слишком уменьшают производительность работ. Для этого решили увеличить число воздушных буров с 6 до 10, но при этом возрастала нагрузка на компрессор. Было замечено, что у компрессора обороты на 20% меньше нормальных. Поднять число оборотов решили, увеличив размер шкива нефтяного мотора, заменив его на шкив большего диаметров.

Весной приступить к работам мешал ледоход из Чудского озера по Нарове. Зима 1930/31 годов была холодной, и лёд на озере образовался толстый. Сверлильные работы начались 12 мая, до того как прошел основной ледоход, для компрессорного судна было опасно находится на рабочем месте. К 1 мая Нарова освободилась от своего льда, и 26 апреля первый рейсовый пароход прибыл из Нарвы в Васкнарву. Однако 9 мая был сильный ледоход из озера, и рейс был отменен.

Сверлильные и взрывные работы проводились летом 1931 года в одну смену. Начиная с 12 мая до 18 июня 6 воздушными бурами и далее до 18 ноября — 10. Увеличить количество задействованных буров позволило приобретение одного удлиненного сверлильного понтона длиной 12 метров и шириной 2,5 метров, который 18 июня приступил к работе. Он показал себя в работе очень хорошо. Единственно, только маневрирование с ним было несколько сложнее, чем на маленьких понтонах, особенно это было заметно при заполнении отверстий взрывчаткой. Другой важной частью стало оснащение сверлильных понтонов рабочим снаряжением. Каждый понтон оснащен 4 маленькими ручными лебедками для установки опор на дно и поднятия понтона. Лебедки заказывались в Риге на Портовом заводе в количестве 10 штук. За каждую было уплачено 30 крон. Ранее установленные были получены из запасов департамента Водных путей и теперь заменены на большие. Для нового удлиненного понтона приобретен распределительный бак для сжатого воздуха, который оснащен 10 вентилями. Воздух подавался на сверление 4 бурами и очистку отверстий. Увеличение числа сверлильных буров потребовало дополнительные штанги. Всего приобрели 360 погонных метров штанг (61 штуку) по цене 1,08 кроны за килограмм, на общую сумму 1836,51 крон.
Понтоны для сверления дна на своих рабочих местах.В районе порогов около Верховского острова.1932 г.(из фондов Эст. гос. архива)

При сверлении лёгкие 1-дюймовые штанги часто ломались, за 1931 год было зарегистрировано 37 таких случаев. Если куски получались меньше 2,5 метров, то их больше пускать в работу было нельзя. Всего было исключено из работы 51,67 погонных метров штанг, при цене 4,434 кроны за метр всего на сумму 229,4 крон. Более толстые штанги размером 1 1/8 дюйма ломались только 1 раз. На них было затрачено — 39,07 крон. Общий расход составил 268,47 крон. Необходимо было учитывать, что более надежные толстые штанги были примерно на 25% тяжелее, чем одно дюймовые.
Короткое время с 7 октября по 10 октября работали в две смены, пока углубитель не доставал со дна взорванные скалы. Одна смена временно комплектовалась командой с углубителя, буксировщика и барж, другая же смена была штатной, приписанной к компрессорному судну «Пуурия». В 1931 г. на сверлении дна и взрывании постоянно был занято 31 человек.
В этом году при помощи сверления и взрывов углубили на дне канаву с восточной стороны реки в 10,5 километровх от истока, шириной 35 метров и длиной 292 погонных метров. Всего было просверлено 1702 отверстия общей длиной 6031,4 погонных метров при средней длине одного отверстия 3,54 метров (самое же глубокое было 5,2 м) на площади 10807 квадратных метров. В среднем за один рабочий день одним воздушным буром сверлили 4,69 погонных метров, по сравнению с прошлым годом эта цифра выросла почти на 12%.
С 12 мая по 23 ноября проработали всего 164 рабочих дня, из которых загрузкой взрывчатки и взрывами занимались 29 дней и остальные только сверлильными работами. Загрузку в течение 29 дней проводили в 2 смены с 3-х понтонов, производительность выросла на 15,7%. Общий объём извлеченных со дна скал составил 27878,1 кубометров, при средней глубине углубления 2,57 м. При этом было израсходовано взрывчатки: взрывного гелатина и динамита 7968 кг, шнейдерита — 130,8 кг, в среднем получалось 0,29 кг на 1 кубометр скал.

Дноуглубительные работы в порогах реке Нарове.Заштрихованные участки - выполнено за 1930-31 годы.Около Кокольского острова показаны остатки моста.

На работы по сверлению и для взрывания каменного дна были израсходованы 36537,77 кроны, в том числе на заработную плату с премиями, со сверхурочными и сдельной работой — 24759,21 кроны. Взрывчатки было приобретено на сумму 18057,85 крон, то есть общие затраты составили 54595,59 крон. Один погонный метр просверленного отверстия стоил 6,06 крон и по взрывчатке — 2,99 кроны. В прошлом году эта цифра была 10,12 кроны. Один кубический метр разрушенной скалы обошёлся в 1,96 крону, из которых на взрывчатку уходило 0,634 кроны. В прошлом 1930 году один кубометр разрушения скалы на дне обходился в 2,80 кроны, из которых 0,68 приходилось на взрывчатку.
При переходе к работе от одной к трем сменам производительность вырастала в 2 ½ раза. Кроме того, вторая и третья смены были уже обеспечены работой, зимними квартирами, судами и частично ремонтом. Но надо учесть, что на 3 смену приходилось только 6 рабочих часов без обеда, так как к рабочему времени в первых двух сменах добавлялось по одному часу обеденного перерыва.


Углубитель «Хииглане» начал работу 7 мая в устье реки Втроя, где он находился на своей зимней квартире. Реку Втрою требовалось углубить, а вынутую почву и камни установить на складскую площадку на берегу. Вынутый грунт содержал здесь внизу слои каменистой глины, которую углубителю без взрывов было тяжело доставать со дна. Эта работа повредила болт у стрелы ковша, и пришлось укреплять это место. 19 и 20 мая углубитель доставляли на рабочее место в порогах, где на следующий день он и приступил к работам. С 21 мая до 15 ноября работа проходила в одну смену. Углубитель вынимал со дна разрушенные взрывами камни и грузил их на камнеперевозочные баржи. С 5 сентября до 12 октября, как описано выше, команда углубителя была прикомандирована к «Пуурия» на сверлильные работы во вторую смену. В это время углубитель вынужден был простаивать, пока не закончатся взрывные работы. Вероятно, это получилось из-за того, что заказанная взрывчатка очень долго в течение полутора месяцев добиралась до места работ, так как не было нужного разрешения от министерства обороны. Осенью «Хииглане» закончил работать на 2 недели раньше «Пуурия». Таким образом «Хииглане» за этот год отработал 116 дней, а «Пуурия» — 164 дня. Всего было вынуто со дна 22500 кубометров камней и углубили реку на протяжении 397 метров. Было погружено 298 барж, каждая в среднем перевозила 75,3 кубометров камней. Углубитель в час в среднем доставал со дна 61,3 кубометров. Каждый день в среднем грузилось 2,59 баржи, в июле производительность выросла до 3,7 баржи в день (или 100 барж в месяц). За год на это было потрачено 21868,82 крон, и перевозка одного кубометров скалы стоила 1,46 кроны.

Весной 1931 года закончились 400 часов пробных работ углубителя. В течение же рабочего сезона выявлялись некоторые недостатки. На «Хииглане» нижнее кольцо противовеса на основной круг стрелы оказалось слабым, так по нему ходили ролики и его толщина была явно недостаточна. В сентябре это железо было заменено на более толстое. Муфта включения стрелы износилась неприемлемо сильно, и её пришлось заменить на новую. 9 ноября ось ковша немного искривилась, и поэтому работы закончили на 12 дней раньше. Стрелу выпрямили уже в январе 1932 г. на месте в Васкнарве. Ковш изнашивался очень быстро, пришлось за 3500 крон заказать запасной. Его установили уже в августе месяце. Предполагалось после ремонта использовать как запасной и старый. На «Хииглане» все механизмы работали на тросах, и их надежность была очень важна. Больше всего изнашивались оба троса подъема ковша, особенно конец троса, закрепленный на ковше. Приходилось их заменить, и с новыми тросами в 1931 г. удалось загрузить 160-163 баржи. Трос поворота стрелы менялся примерно после 205 барж. После этого их надежность не ясна и, если не поменять вовремя, то могли повредиться направляющие ролики. Троса подъема ковша и поворота стрелы равные по толщине, но последний в 2 раза короче, поэтому была возможность среднюю часть подъемного троса использовать на поворотном механизме. Троса донных опор снашивались мало.
"Хииглане" нагружает баржу, поднятыми со дна камнями. 1931 г.(фото из книги Л. Михайлова "Поселения Понаровья")


Всего в 1931 г. углубитель в порогах проработал 116 дней, считая время, которое пошло на переделку, в том числе в сентябре всего 5 дней, в октябре — 18 и ноябре — 7. Расходы на деятельность «Хииглане» за этот год составили 22316,46 кроны. Из них на зарплату (месячная зарплата, премии, сверхурочные, дневная и разовая работа) — 9581,46 кроны. На топливо (было использовано дров в количестве 950 кубометров) истратили 4267,66 крон, на смазку (машинное масло, тавот, галипсол) — 268,67 крон, на материалы для чистки (бахрома, тряпки) — 64,85 кроны. На оснащение судна (самые большие расходы — это приобретение запасного ковша стоимостью 3500 крон и запасных тросов за 1650 крон) ушло 6687,51 крон. Освещение (керосин, электрические лампы, стекла к ним и т. д.) — 43,79 кроны, ремонт и наведение порядка обошлись в 903,57 крон. Таким образом, один кубометров вынутых скал обходился в 1,48 кроны.

Буксир «Талабск» доставлял баржи в Чудское озеро на место выгрузки. Он работал с начала навигации 11 мая, в основном, в две смены и в течение 2 месяцев с 15 июня по 16 августа — в 3 смены. До 13 июля «Талабск» буксировал баржи один, а с этого дня — вместе с моторной буксирной баржей «Хюва». Углубительные работы были особенно продуктивны, когда «Талабск» работал в 3 смены. Когда осенью стало темно, то перешли на 2 смены. Очень сильно помогал прожектор, установленный на крыше рулевой рубки. Он светил от аккумулятора и давал возможность буксировать баржи и в темноте. Так как на моторной барже «Хюва» своего прожектора не было, то в тёмное время они тащили 2 баржи вместе, которые были прикреплены борт к борту.

В мае и июне уровень воды в Чудском был высоким, и течение достаточно сильным. «Талабск» одну груженную баржу провести через пороги самостоятельно не мог, и ему на протяжении примерно 200 метров приходилось помогать лебедкой, установленной на берегу. Зато высокий уровень позволил больше нагружать баржи. Совместно же с «Хюва» «Талабск» проходил через пороги достаточно легко и 1 километр преодолевали за 15 минут. В то время как с лебёдкой на это уходил 1 час. Осенью, когда вода спала, «Талабск» стал справляться с буксировкой один.
Из общего количества 298 барж – «Талабск» провёл один 200 барж и вместе с «Хюва» – 85 барж. Буксировщик «Хюва в одиночку поднял в порогах 13 барж и работал, в основном, в одну смену, за исключением короткого периода с 20 октября до 9 ноября, когда пришлось трудится в две смены.
Годовой расход на «Талабск» (282 рабочие смены) составил 17217,58 крон, из которых на зарплату — 6881,77 крон, за аренду — 5000 крон, на дрова — 3217,1 крон. На деятельность «Хюва» было потрачено (проработала 91 смену) — 2984,93 крон, из них зарплата составила 1417,54 крон, за керосин и бензин заплатили 870,05 крон. Непосредственно на баржи расходы были 3656,11 крон. Получилось, что проводка одной баржи из порогов в Чудское озеро на расстояние 12 километров стоила 93,8 кроны.
11 ноября «Талабск» и «Хюва» совместно отбуксировали углубитель «Хииглане» из порогов во Втрою реку на зимнюю квартиру. У них на преодоление 10 км против течения ушло 5 часов и 45 минут.
Обычная годовая аренда «Талабска» составляла 6000 крон в год, то есть на 1 рабочий час приходилось 45 крон. При стоимости «Хюва» в 5200 крон, считая амортизацию в течение 5 лет, то на 1 рабочий час — 28,5 крон.


В 1931 г. продолжили строить мол №3 на левом берегу. Работы начались 28 июня и закончились 11 ноября, во время которых 54 баржи заполнили примерно 3500 кубометров тела мола. Этот мол длиной 240 метров, первоначально был сделан уменьшенного профиля, чтобы быстрее закончить всю длину. Уже в 1929 г. стало ясно, что окончание мола принимает на себя сильное течение из озера. Оно поднимало песок до 3 метров глубины, поэтому тело мола надо было строить на большую высоту, чем планировали ранее.

Глубина около мола составляла 0,6-1,0 метров и только в узком канале у берега до 1,4 метров. Баржи с открывающимся дном использовать не получалось, у них была большая осадка. Поэтому пришлось использовать баржи с цельным дном, которые с полной загрузкой имели осадку в воде на 1,4 метров. Так их удавалось подводить к молу только в июле. Осенью же пришлось нагружать меньше, чтобы осадка была не более 1,0 метров.

Мол строился выгрузкой камней из барж с помощью ручного крана, который был смонтирован на понтонах старой камнеподъёмной баржи. В барже наполнялись камнями железные ёмкости, которые кран доставлял на мол и там выгружал. Металлическую бочку рабочие наполняли камнями вручную, и, ввиду ограниченности размеров баржи, делать это могли 5-6 человек. Одновременно использовалось две ёмкости, таким образом, постоянно работало 10-11 человек. Они в течение 1 часов заполняли в среднем 7 емкостей (прим. 7 кубометров). Даже сложно представить насколько это был тяжелый труд и какой требовал от людей силы и выносливости. Лебёдку крана крутили вручную 4-5 человека, на повороте стрелы работал один. Около крана также дежурил боцман для контроля работы. Сам кран был в состоянии вынимать и разгружать на мол до 12 ёмкостей (бочек) в час.
Плавучий кран на разгрузке барж от камней с помощью железных емкостей.Прим. 1932 г.(из фондов Эст. гос. архива)


В наполненной барже находилось более 75 кубов камней, и полная выгрузка длилась 12 часов с одним обеденным перерывом. Таким образом, ручное наполнение ёмкостей работа довольно медленная и относительно дорогая. За наполнение 1 ёмкости вручную (1,05 кубометров) и выгрузку краном на мол платили 0,75 кроны, из которых 0,50 кроны — за заполнение и 0,25 кроны — за подъём краном и разгрузку. Пришло решение, что надо как-то сделать так, чтобы углубитель сразу заполнял железные ёмкости. Для этого в 1931 году приобрели 22 четырехгранных железных ящиков, размерами 0,69 метров шириной, 0,84 метров длиной и высотой 2,0 метров (объём 1,16 куб. м). Эти ёмкости занимали одну треть грузового объёма у баржи. Теперь при загрузке баржи углубителем, эти ящики сразу заполнялись камнями, и их оставалось только вынуть краном. За час кран был способен вынуть и разгрузить 12 таких ящиков. Сделаны они были из 3-мм железа на государственном Портовом заводе за 110 крон.
Их разгрузка также считалась сдельной работой, и за один ящик платили 0,35 кроны, то есть на 0,4 кроны меньше, чем когда наполнять вручную.


Меньшую часть мола, примерно 10000 кубометров, необходимо было строить от берега из камней, которые подвозились вагонетками. Баржи не могли подойти к молу на необходимую для разгрузки дистанцию. От места строительства мола выше по течению примерно в 600 метрах в Васкнарве имелось относительно глубокое место (это получается около крепости). Глубина реки там составляла 1,25 метров. Там сделали причал, который был в длину по берегу 6,5-8,5 метров и ширину берега 15 метров. Плавающий ручной кран разгружал баржи, а для вывоза камней была построена узкоколейная железная дорога, на которой использовались вагонетки с ящиками объемом 1,05 кубических метров. Заполненные вручную специальные ёмкости поднимались краном, и затем помещались в специальную деревянную конструкцию, так называемый киппер. Там ёмкость переворачивалась, и камни высыпались в стоящую под киппером вагонетку.

На мол №3 вел лёгкий временный мост длиной 70 метров, на котором была установлена железная дорога. За сооружение причала и моста на мол было уплачено 476,27 крон. Железная дорога была общей длиной 650 метров и шириной между рельсами 750 мм. Её строительство, с учетом с использованными материалами, стоило 2113,16 крон. При этом рельсы не вошли в эту стоимость, так как были получены из старых запасов департамента Водных путей.

Вагонетки перевозились лошадьми, в среднем удавалось перемещать на мол 7 вагонеток в час.
В 1931 году на мол №3 установили 3500 кубометров камней и с учётом того, что было сделано в 1929 году получилось 4500 кубометров. Для окончания этого мола в следующем 1932 г. требовалось доставить еще 2500 кубометров материала.

Общие расходы к концу 1931 года составили уже 807695,52 крон.





1932 год

Вроде бы были приобретены все необходимые суда и инструменты, была отработана технология, подготовлен персонал — самое время для интенсификации работ, но .… вмешался общий экономический кризис. В 1932 году государство ограничило кредит, средства выделяемые на работы, и было разрешено использовать 135000 крон.

Тем не менее, на этот год было намечено:
1. Продолжать работы по сверлению и взрыванию в порогах с помощью компрессорного судна «Пуурия»;
2. Углубитель «Хииглане» должен вынимать разрушенные камни со дна и буксиры «Талабск» и «Хюва» доставлять баржи с камнями в Чудское озеро:
3. На песчаной отмели в Васкнарве один плавающий кран, по возможности интенсивно, строит молы.


Учитывая положительный опыт, полученный в прошлом году, было решено приобрести еще 40 штук 4-гранных железных ящиков для установки их в баржи. И, таким образом, ускорить разгрузку. От ручного наполнения ёмкостей можно было бы отказаться, если в камнеперевозочной барже металлические ящики удалось бы разместить, как соты один к другому. Тогда углубитель загружал бы эти ящики камнями полностью. Около мола можно было бы сразу поднимать ручным краном и выгружать на мол. Как описано выше, уже 1931 г. было приобретено на пробу 22 таких железных ящика. В 1932 г. заказали еще столько же так, чтобы одну баржу полностью заполнить ими. Разгрузка такой баржи у мола занимала 7 часов и это значительно быстрее, чем баржи без ящиков. У последней на выгрузку уходило в среднем 12-13 часов. Использование железных ёмкостей даёт возможность ночью у мола выгружать 2 баржи, что повышало интенсивность труда. Все 62 железных ящика (общий вес 13,5 тонн) были приобретены от Портового завода и с доставкой стоили 6700 крон.


В мае 1932 года самый высокий уровень воды около Васкнарвы был +30,83 м и опустился в октябре до +29,87 м. В среднем эти цифры на 10 см ниже, чем в 1931 г. и должны были указывать на достигнутый от работ желанный результат.


Опыт сверления прошлого года не удовлетворил директора департамента Водных путей. Комиссия, собиравшаяся в марте и апреле, решила: 1) высверленные отверстия очищать под водой давлением в 5 атмосфер и 2) больше концентрировать взрывчатку на дне готового отверстия, для чего на дне отверстия необходимо было устраивать расширения, так называемые камеры. Это достигалось предварительным взрыванием 0,2 кг динамита вместе со взрывным капсулем. В камеру будет затем помещаться 3-4 кг взрывчатки, т. е. почти в 2 раза меньше, чем при обычной закладке. Также было решено сверлить так глубоко, как это позволяет инструмент.
Учитывалось, что часть отверстий разрушать без устройства таких камер достаточно трудно. Закладка взрывчатки в камеры позволяет лучше ломать нижние слои, и в итоги большее количество камня будет разрушено. Также, при таком способе, можно сверлить на 0,5 метров меньше. Один погонный метр сверления стоит 4,47 кроны и планируемые расходы на предварительное взрывание для устройства камер 0,7 кроны, тогда всего сберегалось бы примерно 1,5 кроны на одно отверстие.
Остров из камней, образованных взрывами и поднятые со дна.Вешками обозначены шурфы, просверленные в дне для закладки туда взрывчатки.Пороги в районе Верховского острова1.10.1932 г.(из фондов Эст. гос. архива)

Скалы на дне реки в порогах начали сверлить 13 мая и закончили 20 октября, всего 135 рабочих дней. Первоначально до 19 августа компрессорное судно работало в одну смену (81 рабочий день) и после отстоя углубителя с 19 августа до конца сезона — в 2 смены, это еще 54 рабочих дня.
Из общего количества просверленных 1430 отверстий, в 603 были устроены камеры малым предварительным взрывом.
Примерно для трети из просверленных отверстий нашли другое решение по оборудованию камер на дне. После сверления продували сжатым воздухом на дне от получасов до часов, и вымывали там песок. Таким способом устроили камеры в 386 отверстиях, сэкономив примерно 8 кг взрывчатки. С другой стороны, эти камеры были относительно небольшого размера, и туда помещалось только 1,5-2 кг взрывчатки.


В 1932 г. отверстия делались глубже, глубокие слои лучше сверлились. В итоге ушло больше времени, так в 1931 году сверлили 4,69 погонных метров в день (за 8 рабочих часов) на один бур, то в 1932 г. только — 3,71 погонных метров.

В 1932 г. сверлильные и взрывные работы прошли на площади 8014 кв. м. Всего было сделано 1430 отверстия, общей длиной 5511,2 погонных метров. Взрывчатки было израсходовано 9098 кг, взорвано 22510 кубометров камней, и на 1 кубометр разрушенного камня уходило 0,404 кг взрывчатки. На это количество порушенных донных скал было потрачено на сверление и закладку зарядов 33024,73 кроны. На приобретение взрывчатки — 13968,28 крон и всего — 46993,01 крон, то есть на 1 кубометр разрушения камня тратилось 2,09 кроны. Это было дороже, чем в прошлом году, когда эта цифра составляла 1,87 кроны. Само сверление стало даже несколько дешевле, но выросла цена взрывчатки, и из-за этого поднялась общая стоимость работ.

К 20 октября все взрывчатые вещества были использованы, склад закрыт и охрана снята. Так как кредит на этот год был уменьшен на 45000 крон, то выделенные средства закончились уже к 15 августа. Благоприятная погода позволила работать еще 2 месяца до 20 декабря. Технически было возможно окончательно вывезти и убрать все разрушенные скалы. Такая погода была далеко не каждый год. Но денег больше не было и, начиная с этого года, приходилось больше ориентироваться не на внешние условия, а на финансовые возможности.
Остров из камней, образованных взрывами и поднятые со дна.1.10.1932 г.(из фондов Эст. гос. архива)


Следует отметить, что поднятые взрывами со дна реки скалы сгруппировались в своеобразные острова на поверхности воды. Эти искусственные образования сильно затруднили, и без того непростое, движение различных плавающих средств по Нарове. Из-за нехватки средств осталось не вывезенным примерно 10000 кубометров взорванной скалы. От окончания взрывов это потребовало бы работы углубителя еще в течение 2 месяцев.

На деятельность компрессорного судна «Пуурия» было израсходовано всего 46993,01 крон, из них на взрывчатку — 13968,28 крон и на зарплату — 22983,95 крон.





Углубитель «Хииглане» после отстоя в зимнем порту, 9 мая был отбуксирован на рабочее место в Верховские пороги, где 10 мая приступил к работе.




Углубление. Работа инструментов и план поездок. 1932 г.Синий цвет - погрузка.Красный цвет - перевозка барж вверх по реке.Желтый - перевозка вниз по реке.Зеленый цвет - разгрузка.Синий - погрузка.1. Ручной кран работает в 3 смены.2. "Хюва" и "Талабск" работают в 2 смены.3. "Хииглане" работает в 1 смену.




Для углубительных работ были задействованы 5 барж для перевозки камней. Углубитель наполнял их, буксировочный пароход «Талабск» и буксировочное судно «Хюва» отвозили их в Чудское озеро. Там один плавающий кран разгружал баржи без открывающегося дна на молы. Всего на реке работало 9 различных судов, работа одного их них оказывала влияние на другие. Очень важно было согласовать точное начало и конец работы. Насколько не простой была логистика использования всех участников работ, даёт наглядное представление соответствующая схема. Надо было учесть, сколько времени уходит на погрузку, разгрузку, перемещение так, чтобы все были задействованы равномерно, и, с одной стороны, сильно не простаивали, а с другой, баржи не выстраивались бы в ненужную очередь около углубителя. Углубитель работал в одну смену, 3 баржи — в 2 смены. Плавающий кран и 2 баржи — 24 часов. «Хииглане» каждый день (8 рабочих часов) нагружал 4 баржи, это 320 кубометров камней, вынутых со дна реки.

В августе уровень воды упал, и буксировка стала легче, в течение 12 дней доставляли к молам по 5 барж. За всё рабочее время (79 дней) вывезли 325 барж, в которых было 25000 кубов камней.

Работа углубителя и соответственно строительство молов были закончены 15 августа, из-за отсутствия средств на дальнейшую работу.

Углубитель «Хииглане» в 1932 год отработал без особых происшествий. Самой большой остановкой механизма был 1 день, когда порвался трос.

Расходы на деятельность «Хииглане» за год составили всего 12750,94 крон, из них на заработную плату ушло 7592,04 крон. Один кубометр вынутый со дна камней стоил 0,75 кроны, в прошлом же году — 1,48 кроны, то есть стал в 2 раза дешевле.


«Талабск» начал свою работу 9 мая, когда буксировал углубитель «Хииглане» с зимней квартиры и закончил работу 17 августа, когда углубитель доставил назад на зимовку. Так как «Талабск» простаивал, его собственник запустил его в свою работу с 1 сентября до конца навигации, выплатив за это обратную аренду в 500 крон. Любопытно, что эти деньги ушли не на работы по углублению, что было бы логично, а были отчислены в доход государства.

Расходы на деятельность «Талабска» были всего 13371,12 крон, из которых аренда составляла 6000 крон, зарплата экипажа — 4696,38 крон, дрова — 2065,19 крон. «Талабск» за этот год отбуксировал из порогов в Чудское озеро 170 барж с 14300 кубами камней. «Хюва» вывезла 155 барж с 11700 кубами камней. Деятельность «Хюва» в 1932 г. обошлась всего в 4901,77 крон из них на зарплату — 2484,71 крон, на топливо (керосин и бензин) — 1589,82 крон. На работу 5 барж потратили 6478,31 крон, главным образом, на зарплату работникам.

Вывоз 1 кубометров камней на «Талабске» стоил 1,40 кроны и на «Хюва» — 0,657 кроны. Как видно последняя была уже в 2,13 раза дешевле в работе. Это получалось потому, что: 1) «Хюва» легче буксировать маленькие без открывающегося дна баржи к молам; 2) «Талабск» работал не всю навигацию и его аренда сильно подняла стоимость работы.


К строительству молов приступили 11 мая совместно с углубителем и закончили 16 августа. За это время ручным краном было загружено 150 барж и выгружено 11000 кубов камня. А из 3-х барж с открывающимся дном на мол №1 выгрузили 200 кубов камней. Всего получается 11200 кубов камней, из этого количества 5700 кубов пошло на возведение мола №3 и 5500 кубометров — на мол №1. Строительство мола №3 на этом было закончено, и всего на его сооружение пошло 10200 кубов камней.
Готовый мол №3.Работы по понижению уровня Чудского озера.Примерно 1932 год(из личного архива автора)


Мол №1 начинался от озерного берега около Васкнарвы, и заканчивался в песчаной отмели уже в озере. Всего для его строительства требовалось 24500 кубометров камней. В 1932 г. установили 5500 кубов, и была готова часть длиной 250 погонных метров. Этот участок длиной в 90 метров непосредственно от берега и промежуток от отметки в 360 до 516 метров. Эти камни подвозились вагонетками по железной дороге длиной 1,2 км от пристани в Васкнарве. В 1933 году требовалось установить еще 1900 кубов камня, чтобы сделать всю длину в 670 погонных метров.

Плавающий кран, грузоподъемностью 2 тонны, на строительстве молов работал круглые сутки 24 часов в 3 смены. Для этого была возможность из-за белых ночей в мае и июне. Потом на кране установили 2 керосиновых прожектора яркостью примерно 1000 свечей, для освещения рабочего места ночью. Каждые сутки разгружалось 2 баржи камней (примерно 150 куб. м). На разгрузке барж трудились 3 артели, всего 40 человек.


Одновременно тело молов нужно было защитить от озёрных волн и ото льда. Еще весной комиссия решила, что для этого не следует использовать бетонопласт, а верхнюю поверхность молов покрыть булыжниками размером в среднем 0,75 м и весом 0,1 — 1,0 тонны. Предварительный расчет показал, что на это потребуется 46396 крон, что несколько меньше ранее отведенного на эти цели. Хотя изначально было задумано покрыть склоны бетоном, только на этом этапе переиграли в пользу местного природного материала, в изобилии имевшемся по берегам и дне реки — больших камней, валунов.

Следовало внести некоторые изменения в конструкцию молов: верхнюю часть склона молов облицовывать перепадом 2:1, вместо задуманных по проекту 3:1. Склоны молов со стороны реки большей частью оставить без облицовки, так же как и береговые концы со стороны озера, где течение и волны слабые. Горизонтальную часть верхней призмы мола №3 предполагалось закрыть булыжниками толщиной 0,75 метров и края склона — облицовывать полностью.

Общая длина молов составляла 2700 погонных метров, при этом общая длина склонов была 5400 погонных метров, из которых половина соответственно была обращена к озеру. Верхушку молов и опасную озерную часть склонов предполагалось облицевать булыжниками. Из которых половину или 1500 кубов требовалось достать из Наровы при очистке дна, а другую половину — приобрести.

Оставшуюся часть склона протяженностью 1890 погонных метров надо было облицевать большими кусками известняками толщиной 0,4 метров, которые извлекались из порогов. Больших известняковых камней должно было пойти примерно 2100 кубометров. На нижний ряд надо было установить большие камни, которые в количество примерно 2500 кубов надо было собрать с берегов озера.

Валуны доставало со дна реки специальное камнеподъёмное судно. По всей видимости, это было то самое, о деятельности которого упоминалось в 1929 году и ранее. Оно начало свою работу 22 июня и закончило 29 октября, всего проработав 111 рабочих дня. За это время достали 1228 больших валунов. На этом судне работали один десятник на месячной зарплате и 6 человек на сдельной оплате в 1 смену. Последним платили 4 кроны за каждый кубический метр вынутого камня. Этими валунами на молу №3 выстилали 60 погонных метров и на молу №1 — 100 м длины. Поверхность мола №3 покрыта большими доломитными камнями, добытыми при разрушении дна, общей площадью 210 квадратных метров.

На строительство тела молов было израсходовано: разгрузка барж и провоз вагонеток — 7134,72 крон, на плавающий кран — 1801,17 крон, на строительство подвозной железной дороги и козлового моста — 2022,50 крон, на строительство перемычки мола — 666,58 крон и на приобретение больших валунов от камнеподъёмного судна — 3087,93 крон, всего 14742,90 крон.

Построенный мол №1 уже начал предохранять Васкнарву от разливов, и предполагали, что ситуация станет еще лучше после окончания строительства мола №3. От конца этого мола начиналась песчаная отмель шириною 200 м и длиною 300 м.


Общие расходы за 1932 год составили 123984,64 крон, и всего было уже освоено 931688,18 крон (или 56% от общей суммы). В течение 3 месяцев работали 150 рабочих и служащих, а после остановки работ по углублению, в течение 2,5 месяцев только 88 человек. Всего в течение года на заработную плату ушло 73500 крон. Из заграницы материалов, таких как взрывчатка, нефть, керосин, металл, троса было приобретено на сумму 21000 крон. Внутри страны на материалы потратили 21500 крон. Различные другие расходы (аренда парохода «Талабск» и другие аренды, врачебная помощь, проездные расходы и т.п.) составили 8000 крон.

Возможности поднятия производительности работ были очень ограничены ввиду уменьшения финансирования, и в дальнейшем это будет невозможным из-за хозяйственного кризиса. Из-за этого с осени 1932 г. шаг за шагом уменьшалось количество служащих, так был уволен помощник управляющего работ вместе с еще другими 4 конторскими работниками. Нашли возможность без ущерба для ремонта сократить двух механиков. Всего лишилось своих постоянных мест 7 человек.


По состоянию на 1 ноября 1932 г. был подведен некий промежуточный итог, выполненных за 4 года работ (1929-32 гг.):
а) Сверление и разрушение камней на дне — 73000 кубов скал или 31,2% от общего объема;
б) Углубление — вынуто 33300 кубов скал или 15% от плана.
с) При строительстве бун (молы) из барж вынуто и уложено при помощи плавающего ручного крана 14500 кубометров камней. Всего этих работ выполнено на 18% от запланированных.
Как видно, даже первый пункт, выполненный на треть, не давал возможность завершить задуманное в назначенные сроки.




1933 год 


Продолжая экономить, с 1 апреля была ликвидирована контора в Нарве, и теперь всё управление работами осуществлялось из Васкнарвы.


Как было описано выше, взрывание скал на дне в 1932 г. обошлось дороже, чем в 1931 году. Это вызвало явное недовольство со стороны директора департамента Водных путей инженера Х. Вийкманна. Сразу последовали распоряжения: 1) по возможности дешевле сверлить скалы и 2) ограничить использование валюты на покупку взрывчатки.

Надо было решить, каким путем дальше вести работы: 1) продолжать сверлить и взрывать или 2) разрушать скалы на дне тяжелым металлическим свайным молотом (тараном) системы Лобница. Этот молот, в общем случае, представлял из себя большой и самое главное тяжелый вал с заостренным концом. Эту железяку поднимали на определенную высоту, падая оттуда под собственным весом, она острым концом врезалась в дно и разрушала его.

По первому пути работали уже в течение 3 лет: 1) бесплатная взрывчатка (бризант) от министерства обороны; 2) в 1931 г. увеличили количество сверлильных буров с 6 до 10; 3) в 1932 г. начали устанавливать взрывчатку на дно отверстий. Это увеличило время работы и, как следствие, её стоимость. До этого времени за границей успели закупить взрывчатки на 40000 крон. Для полного же окончания работ на эти цели было необходимо потратить еще 60000 — 70000 крон в валюте.

Другой путь разрушения скал — это использование тяжелого свайного молота системы Лобница. Этот способ использовали у тому времени за границей уже в течение 50 лет, например, в Германии, во Франции, Англии.
В Германии сумели достичь производительности 6,3 кубометров в час, и один кубометр разрушенного дна обходился в 1,10 крону. Этот вариант, обсуждался еще на стадии проектирования работ, но тогда он был отвергнут по ряду причин.


Для работ по углублению русла в порогах предложили собирать два свайных молота на корме углубителя «Хииглане». Это позволяло сделать лучшую балансировку, а общая осадка у судна должна была остаться прежней. Этот вариант был интересен тем, что не требовалось изготовление нового дорогого судна, и позволял использовать уже имеющееся. Для подъема молота можно было задействовать уже имеющиеся маневровые паровые лебедки. Тем более углубитель работал всего 3 — 3,5 месяца в одну смену, и у него имелось много свободного времени, которое можно было бы употребить на работу со свайным молотом. Получалось, что оборудование по углублению (ковш) располагалось на одном конце корпуса «Хииглане», а оборудование Лобница — на другом. В первую смену углубитель мог работать со свайным молотом, а во вторую, как углубитель, загружая баржи тем, что сам же и разрушил до этого.

Если бы «Хииглане» на разрушении работал бы в три смены, то за год, работая 6,5 месяцев, то есть 160 рабочих дней: 160 дней на 20 часов на 2 сваи (свайных молота) при производительности 5 куб. м в час можно было разрушить 32000 кубометров донных скал. Сделанная калькуляция по затратам за год давала цифру в 23000 крон. И 1 кубометр разрушенных камней должен был бы стоить 0,72 кроны, что почти в 2,5 раза дешевле, чем при сверлении и потом взрывании дна.

Предполагалось, что «Хииглане» будет работать всего 3,5 месяца в 1 смену на углублении, а остальное время на разрушение скал. 85 дней по 12 часов и еще 75 дней по 20 часов — всего 2520 рабочих часов, то есть за год можно было разрушить приблизительно 20000 кубов камней.

Для работы со свайным молотом в порогах надо было найти такие места, где течение относительно слабое и углубитель не будет сносить. В других местах дно всё-таки пришлось бы сверлить и взрывать. Для окончания работ еще надо было вынуть 80000 кубометров камня, из которых предполагалось 70000 кубов разрушить свайным молотом и еще 10000 кубов — взрывчаткой. Как раз при взрывании не получалось в достаточной мере гладкого дна реки. Особенно в отдельных местах, где не было возможности сверлить отверстия достаточно близко друг к другу. В итоге на дне реки остались каменные бугры высотой 1-1,5 метров, выворачивать которые, углубитель был не в состоянии. Зато такие каменные возвышения можно разрушить при помощи свайного молота, и достигнуть ровного дна. Предполагалось, что работа при помощи свайного молота будет стоить дешевле.

Оборудование Лобница должно были построить на государственном Портовом заводе за 13500 крон. Дополнительно были расходы на сооружение деревянной рамы, монтаж оборудования и установку на «Хииглане», и таким образом всего получилось 16500 крон.

Свайный молот должен был разрушать слой скал толщиной 0,7 — 0,8 метров. В результате они не выступали бы на поверхности воды и через это место могли бы свободно ходить различные суда, так же как и сам углубитель. Если же осенью дно разрушать взрывами, то поднятые камни сильно мешали судоходству по реке.

В итоге разрушение скал свайным молотом должно было дать сокращение расходов, уменьшить расход валюты и позволить достичь более гладкого речного дна.


Пока свайный молот «клепали» на заводе, углубитель продолжал в Верховских порогах начатую в прошлом году очистку реки от взорванных камней так, чтобы не возникало затруднений с движением судов. Это было необходимо в любом случае закончить до конца года. Углубитель «Хииглане» вынул со дна 30000 кубометров камней, которые вывезли в Чудское озеро и уложили на молы. Число рабочих и служащих в 1933 году в течение 3-4 месяцев составляло 170-200 человек.

Опыт показывал, что цена на кубометр камней оказывалась больше, чем это было в предварительных расчетах. Особенно это заметно при сверлении и взрывании, там в расчетах было заложено 1,44 кроны за кубометр камней, в действительности же оказалось — около 2,0 крон. Понятно, что в какой-то мере это получилось из-за того, что работали с малой производительностью из-за ограниченного кредита, но и «мастерство» тех, кто проводил расчеты нельзя сбрасывать со счетов. Опять же по предварительному расчету 1 кубометр сверления на дне, углубление реки и вывоз камней в Чудское озеро должен был стоить 3,02 кроны. В 1932 году реальная стоимость была 4,01 кроны. При этом откуда-то была уверенность, что разрушение скал свайный молотом Лобница в будущем даст понижение цены. Но итоговый вывод был сделан такой, что возможно потребуется увеличения разрешенного кредита на 50000 — 200000 крон. И это в той ситуации, когда на проведение работ не выдавали даже то, что было заложено в бюджете.


По смете на работы в течение 1933 года выделялось 105000 крон кредита. Из них государственному Портовому заводу было выплачено 31350 крон, это плата за изготовление свайного молота и часть суммы за строительство «Хииглане». Непосредственно на сами работы осталось 73650 крон.
Рабочий чертеж свайного молота Лобница.1933 год(из фондов Эст. гос. архива)


Оборудование «Лобница» было построено по заключенному с портовым заводом 13 мая 1933 г. договору на сумму 13500 крон, со сроком изготовления 1 августа. На заводе было приобретено: 2 железных свайных молота вместе с ударником из прочного железа в нижнем конце, две лебедки для поднятия свайных молотов, общая рама пружины и другие маленькие части. Каждый свайный молот имел длину 7,25 м, был круглой формы диаметром 405 мм и весом 7 тонн. Тело свайных молотов было изготовлено из имевшихся на заводе запасных железных валов от военного судна. Это имущество осталось еще с царских времен, когда в Ревеле (Таллине) активно строили боевые корабли во время Первой Мировой войны. В нижней части свайный молот был оснащен сменным круглым ударником длиной 53 см из специальной стали, вес 325 кг. При работе возможно было поднимать свайный молот на высоту до 6 метров и оттуда, падая под собственным весом, он и должен был разрушать скалы. на дне реки. Для поднятия были построены 2 лебедки, для работы которых должен был использоваться пар от паровой машины углубителя. 17 августа завод передал изготовленное оборудование, и 25 августа оно прибыло на рабочее место на реке Нарове. Деревянный каркас высотой 12 метров для установки этого свайного молота, построили своими силами еще в начале июня. 25 августа приступили к монтажу механизма и закончили 11 сентября так, что на следующий день провели уже первые пробные работы.

В 1933 г. сверление и взрывание дна больше не производилось. Взамен в сентябре начали разрушать скалы под водой при помощи свайного молота Лобница. Первая же пробная работа выявила небольшие конструктивные недостатки. В их числе то, что для поднятия свайного молота паровой лебедкой взяли обычные железные тросы, которые не предназначались для этой работы, и это сильно затрудняло процесс. Этот трос был примерно в 1,5 раза дешевле, чем тросы специальной крановой конструкции. Имелись и другие сложные места. На концах свайных молотов стояли сменные железные ударники. Ударники, с которыми работали в 1933 году, были изготовлены из старых пушечных снарядов. Каждый весил 325 кг и был оснащен хвостовиком, которым крепилось к телу молота. В 1933 году свайные молоты работали один месяц в 3 смены и за это время один ударник стал на 14 см короче и потерял 43,5% веса. На другом свайном молоте ударник оказался прочнее и за месяц стал легче только на 27%. Каждым ударником было разрушено примерно 1260 кубометров скалы. Это обошлось в 200 крон, и получился расход 0,16 кроны за 1 куб. метр разрушенной скалы. Для пробы через Портовой завод заказали из-за границы еще одну пару ударников из специального железа повышенной прочности. 




Свайный молот Лобнитца(из фондов Эст. гос. архива)


13-26 сентября свайные молоты Лобниц работали в одну смены и 5 дней в 2 смены. С 26 сентября по 13 октября трудились уже в 3 смены. 13 и 14 октября южный ветер поднял уровень воды, и углубитель сдвинуло с места работ в сторону. Короткое время он работал еще 16 октября в ожидании буксировщика, и в этот день был отправлен на зимнюю квартиру во Втрою реку. С 13 сентября до 16 октября свайными молотами было сделано всего 2959 отверстий в скалах на дне реки, одно отверстие было в среднем глубиной 0,71 метров. Между отверстиями расстояние примерно 1,1 метров. Таким образом, одно отверстие разрушает кусок дна 1,21 на 0,71 метров и с учетом глубины получаем 0,86 кубометров разрушенного камня. Всего свайным молотом было разрушено 2545 кубометров. Таким способом можно работать на глубине до 3,7 метров. В скалах на дне ударными отверстиями проделали канал шириной 32 метров, длиной 112 метров, обшей площадью 3580 квадратных метров.

За сутки при работе в 3 смены (21 рабочий час) успевали сделать 180 отверстий. За первые 4 удара свайный молот углублялся в среднем на 13,5 см в скалу на дне. За следующие 3 удара — на 5 см, потом за 6 ударов примерно на 2,5 см, и в конце за 17 ударов приходилось примерно 1,25 см. Но вообще-то обычно на одно отверстие приходилось 11 ударов, и таких отверстий было большинство. Один удар занимал 30 секунд и одно отверстие (11 ударов) получалось за 5,5 минут. Перестановка судна на следующую пару занимала примерно 3 минуты и, таким образом, на 1 отверстие всего требовалось 8,5 минут. Для следующей пары отверстий необходимо было сдвинуть углубитель вниз по течению на 1,1 метров. Для этого использовался трос от якоря и течение воды. Боковой трос закреплялся на берегу где-то вдалеке, и углубитель сдвигался по большому радиусу относительно его точки крепления.


Кроме оборудования Лобница в 1933 году был приобретен второй плавающий кран для строительства молов (подробнее в главе 2). С помощью того крана, который был до этого, за одни сутки успевали разгрузить 2 баржи (примерно 150 кубометров), и установить камни на молы. Именно такое количество камней и доставлялось в озеро. Из-за ограничения кредита работы по строительству молов продолжались в 1932 году — 3,2 месяца и 1933 году — 2,5 месяца. Следовало предусмотреть возможность более интенсивной установки камней на молы.

Также в этом году еще до начала работ еще на три баржи были надстроены борта на грузовой отсек для увеличения вместимости (то же самое было сделано ранее для 2 барж). Эти надстройки обошлись в 841,08 кроны для всех 3 баржей.

Строительство на багорке свайного молота Лобнитца(из фондов Эст. гос. архива)



Углубитель «Хииглане» начал работать 9 мая и, ввиду ограниченного кредита, закончил работу 25 июля. Таким образом, он работал 2,5 месяца, было всего 59 рабочих дней в одну смену на погрузку барж разрушенные камнями и 4 дня в две смены. Особенностью рабочего сезона была особо низкая вода. Весной до ледохода уровень в Чудском озере и Нарове был нормальный. Но так как было сухое лето, осенью уровень воды был на 40 см, а временами и на 80 см ниже обычного. Из-за низкой воды было 4 дня простоя, углубитель стоял в том месте, которое сам же до этого и углубил. За это время «Хииглане» погрузил 256 барж, всего вынув со дна 19100 кубометров камней. Одна баржа в среднем помещала 74,7 куб. м, и её погрузка занимала 55 минут. В один рабочий день за 8 часов загружалось в среднем 4.3 баржи.

Расходы на деятельность углубителя «Хииглане» в 1933 году составили: на работы по углублению (то есть одной стороной судна) — 10682,84 крон и на работу свайным молотом (другой стороной) — 5463,84 крон (основные пункты — зарплата и дрова). Расходы при углубительных работах на 1 кубометр вынутого камня составили 0,81 кроны, а на разрушение скал свайным молотом — 1,94 кроны. В 1933 году государственному Порту заводу выплатили за изготовление ковшового углубителя «Хииглане» остаток в сумме 38663,76 крон.


Как и в прошлом году вместе с «Хииглане» работал буксир «Талабск», моторная лодка «Хюва» и 5 барж для перевозки камней. Оба буксировочных судна работали на перетаскивании барж в две смены.

Расходы на деятельность «Талабска» составили 11190,03 крон (из это зарплата 2959,69 крон, на дрова 1765,29 крон, сожгли 522 куба).

На деятельность моторно-буксировочной лодки «Хюва» ушло 4110,49 крон. Расходы на баржи составили 5763,09 крон.

Уровень воды в июне позволял нагружать баржи без особых сложностей. Потом буксировку барж прервали на 4 дня, чтобы углубитель мог сделать для барж желоб на дне реки. Это дало возможность их загружать их снова.

Расходы на углубление составили 0,84 кроны на 1 кубометр, примерно на 9 центов больше, чем в прошлом году. Причинами этому были: 1) 4 рабочих дня (7% от рабочего времени) углубитель в две смены углублял вспомогательный желоб; 2) короткое рабочее время и большие накладные расходы (зарплаты капитана, кока, буксировка, зимняя квартира) и 3) в 1933 году был приобретен сорт дров по цене выше средней. Из-за этого и буксировка стала обходится дороже. Около углубителя работали в мае 4 баржи для перевозки камней, в июне и июле — 5.

«Талабск» закончил работу в одно время с «Хииглане» — 26 июля. С 1 августа собственник взял «Талабск» в своё пользование до конца навигации и заплатил за эту аренду 2000 крон. Эти деньги опять пошли в доход государства, но опять не были списаны с расходов по буксировке барж.


Аварий и ремонта в течение сезона не было. Лодка «Хюва» работала еще до 1 сентября, она буксировала камнеподъёмное судно по реке Нарова к молу.

Перевозка камней в 1933 г. была затруднена из-за низкого уровня воды. Часто баржи нагружались «Хииглане» до тех пор, пока не вставали на дно, и тогда их снимали паровыми лебедками углубителя. При буксировке один кубометр камня стоил 1,65 кроны, в прошлом же 1932 г. эта цифра была 1,46 кроны, то есть, и тут расходы на единицу кубометр выросли.
Разгрузка барж, прим. 1933 г.(фото из книги Л. Михайлова "Поселения Понаровья")



Строительство молов началось 10 мая и закончилось 28 июля, пока углубитель доставал камни из порогов. Интенсивность была достигнута постройкой второго плавающего крана. Ручной плавающий кран №1 всё время работал около мола №1, который был начат в прошлом году, и укладывал камни прямо в тело мола. В 1932 году было сделана часть мола от берега на протяжении 90 метров длины. Затем этот мол стали делать в 360 метрах от берега, так как из-за низкой вода ни плавающий кран, ни баржи не могли подойти ближе к берегу. Нижняя часть мола на участке с 360 по 516 метров была построена еще в прошлом году. Эта часть была поднята вверх и продолжена с 516 до 650 метров, всего там было установлено краном 7873 кубометров камней. Основание мола № 1 строилось с 1 июня, и туда выгрузили на дно реки 1529 кубометров камней (17 барж). Таким образом, на дно озера в основание мола было установлено камней со средней высотой в 0,75 метров, которые вода уже не могла сдвинуть. Средняя глубина в этом месте составляла 2,5 — 3,0 метров. В 1933 году продолжили стоить, сделали еще недостающие 270 погонных метров и соединили береговую часть с озерной. Вагонетками было перевезено 4753 кубов камней. Баржи выгружались на причале в Васкнарве, откуда и начиналась железная дорога. Она шла по главной улице практически через всю деревню к молу. У причала работал, только что сооруженный плавающий кран №2. В баржах опять вручную наполняли железные ёмкости объемом 1,05 куба. Вагонетки до начала мола, а это примерно 1,25 км, везлись лошадьми, а оттуда их толкали уже вручную. Дальше же вагонетки опрокидывали и отправляли камни в воду. Всего за 1933 год на мол №1 было установлено 14155 кубометров камней и каменной крошки (щебенки). 

Строительство молов. Узкоколейка для перевозки камней на молы(из собрания Нарвского городского музея NLM 700:22)


29 июня закончили подвозку камней вагонетками на мол №1, и в этот же день приступили к строительству мола №2 (средний мол у западного берега). Его также начали вести от берега при помощью вагонеток. Из-за ограниченного кредита на этом молу работу возможно было вести только в течение месяца. У конца мола со стороны озера имелось сильное течение, и там было необходимо установить большие камни. В 1933 году сделали 390 погонных метров (из 580 метров) низкого профиля с береговой стороны, и работу закончили 28 июля. Мол на тот момент был высотой 1,5 метров, но высокая вода его заливала. В течение 1933 года на мол №2 всего лишь за один месяца с 26 июня до 28 июля установили 4047 кубометров камней. Последние 190 погонных метров мола надо было сделать при помощи моста на козловых опорах, но было опасение, что весенний ледоход снесет это сооружение. Поэтому подвозную железную дорогу и козлы убрали на берег.

Расходы на строительство молов составили 18873,10 крон. В эту сумму входила разгрузка барж, работа двух плавающих кранов, расходы на сооружение моста на козловых опорах, строительство и переустановка железной дороги. Один кубометр установленных на мол камней стоил в тот год 1,04 крону.

На молу №1 на склоне со стороны озера было установлено над водой защитное расширение против льда общим объемом 409,1 кубометров валунов. Верхний склон с озерной части над водой был надежно вымощен также большими валунами. Последняя работа была сделана на этом молу на протяжении 266 погонных метров на площади 1082,2 кв. м и это стоило 1785,42 крон.

Спец. судно, клещами со дна достаются валуны.На заднем плане Сыренец.25.06.1932(из личного архива автора)


Валуны в количестве 309,3 кубометров были вынуты со дна реки Наровы при помощи камнеподъёмного судна. Слишком большие камни сначала сверлили под водой, а потом разрушали взрывчаткой так, чтобы их можно было всё-таки извлечь со дна. Еще 99,8 кубов валунов было собрано по берегу реки Втроя, и потом понтонами доставлено к молам. Судно по подъему камней начало свою работу 10 мая и закончило 27 августа. Общие расходы на эту деятельность составили 2585,93 крон. За 1 куб валуна, вынутого со дна реки и установленного на мол, платили 8,37 кроны.

В окрестностях порта Муствеэ было собрано 392,4 кубометров больших валунов. Их планировали зимой свезти в сам порт, откуда уже летом 1934 года на баржах доставить на молы в Васкнарве. Расходы на сбор этих валунов составил 845,28 крон.

Еще отмечалось, что вынутые из Наровы в порогах 900 кубометров доломитных камней были складированы на левом берегу Наровы в Васкнарве и напротив Дюка. Они предназначались для нужд министерства обороны, которое возводило укрепления на левом берегу Наровы. Расходы на это мероприятие составили 1208,19 крон.

В 1933 г. по сравнению с прошлым годом общая зарплата служащих стала примерно на 5000 крон меньше. Вообще все расходы на этот год были урезаны.

Большим расходом стала плата государственному Портовому заводу в 13500 крон за изготовление свайных молотов Лобница. Платили, правда, тоже не всё сразу, а по графику: в ноябре 1933 года — 2000 крон, в январе 1934 года — 4500 крон и остальное в марте 1934 года.

Транспортные расходы в 1933 году уменьшились. Зато другие расходы увеличились, в том числе из-за необходимости складирования камней для министерства обороны. Покупки взрывчатки из-за границы уже не было. Расходы на строительство молов увеличились, так как был введен в эксплуатацию второй плавающий кран, и интенсивность работ выросла в 2 раза.


Общие расходы в 1933 году — 110574,46 крон и всего к этому времени было использовано уже 1042254,62 крон (63% от всей суммы). При этом инвестиции в оборудование достигли общей суммы в 498000 крон. Зарплаты было выплачено на сумму примерно 60000 крон. Было закуплено материалов из-за границы на 4500 крон, местных — на 5850 крон и различных расходов (аренда «Талабска», разъезды и подвоз, врачебная помощь и т.п.) было на 10000 крон. Остальное — это приобретение судов и больших инструментов.

Большая часть трёх молов с западной стороны была закончена, песчаная отмель стала размываться сильнее, и считалось, что уровень в озере понижается.


В августе 1933 года комиссия от министерства Дорог, обсудив ход работ, приняла решение продолжать работы по минимальной программе.


В этом же году возник, если только так можно выразиться, конфликт с Министерством обороны. Где-то в главном штабе вдруг (по прошествии нескольких лет) обнаружили, что около деревни Васкнарва строиться мол длиной примерно 200 метров и шириной 3 метров (про два других разведка, видимо, еще не донесла). По данным штаба в ближайшее время напротив этого мола около деревни Скамья будет возведен другой мол, оставив пространство реки шириной примерно 60 метров. То есть все те составленные планы, что врага, наступающего с той стороны реки (не трудно догадаться про кого идёт речь), удастся остановить, пока он вплавь пересекает почти 400 метров открытого водного пространства реки, летели в тартарары. Теперь противник мог якобы с легкостью перепрыгнуть с одного мола на другой и двигаться дальше без всяких проблем. В ответ пришлось убеждать военных, что между молами останется пространство отнюдь не 60 метров ширины, а более 300. И в то же время у реки Нарова даже в районе Васкнарва имелось более узкое место, где между берегами было 220 метров, не говоря уже о ширине реки ниже по течению. В итоге штабных военных удалось убедить, они сняли свои возражения и, видимо нехотя, но нанесли молы на свои карты.




1934 год 


Можно считать, что к этому времени практически все основные траты на приобретение имущества и судов были уже сделаны. Ниже приводится бухгалтерская стоимость основных средств и имущества (интересно, что у всех плавающих средств были свои номера):
Здание мастерской вместе с кузницей — 3114,29 крон;
Внутреннее оборудование мастерской — 3823,38 крон;
Имущество мастерской — 1381,05 крон;
Здание склада вместе с внутренним оборудованием — 2057,27 крон;
Масляный склад — 1225,51 крон;
Другие малые строения вместе с отхожим местом — 628,25 крон;
Телефонная линия вместе с 4 аппаратами — 1962,77 крон;
Динамитный подвал вместе с обвалом из земли — 2906,97 крон;
Склад взрывчатки — 857,27 крон;
Сторожка около динамитного подвала — 593,59 крон;
Лаборатория взрывчатки — 1262,18 крон;
Канцелярия склада в Васкнарве — 38,54 крон;
Различный технический инвентарь и другое имущество — 2994,65 крон.

Всего — 22845,72 крон


Стоимость судов:
Ковшовый углубитель «Хииглане» №4227 — 303500,00 крон;
Судовое имущество углубителя — 10175,03 крон;
Лебедочный понтон №10231 — 450 крон.
Баржи для перевозки грунта (с открывающимся дном):
№4223 — 23933,80 крон;
№4224 — 23933,80 крон;
№4225 — 23933,81 крон;
№4226 — 23933,81 крон.
Баржи для вывоза камней (без открывающегося дна):
№4210 — 10722,00 крон;
№4211 — 10722,00 крон;
Имущество барж — 3615,89 крон.
Компрессорное судно «Пуурия» №10213 — 60568,00 крон;
Имущество компрессорного судна — 11880,36 крон.
Сверлильные баржи:
№10214 — 510,00 крон;
№10215 — 510,00 крон;
№10216 — 510,00 крон;
№10232 — 788,00 крон.
Моторный буксир «Хюва» №6212 — 5200,00 крон;
Имущество буксира — 659,18 крон.
Моторная лодка «Сортилане» — 1800,00 крон;
Имущество лодки — 50,79 крон.
Пароход «Талабск» (арендованный) имущество, которое принадлежало к работам по понижению уровня Чудского озера — 2452,80 крон.
Камнеподъёмное судно-ручной кран №10.230 — 4930,00 крон;
Имущество крана — 1830,72 крон.
Камнеподъёмное судно №10.182 — 4324,86 крон;
Имущество крана — 1238,72 крон.

Итого по судам: 532170,57 крон.

Всего вместе со строениями: 555016,29 крон (или 33% от всей суммы, выделенной на работы).


Этот рабочий сезон отметился особенным уменьшением кредитования. Предварительно на работы было назначено 90000 крон, из которых Государственному портовому заводу за «Хииглане» и оборудование Лобница надо было выплатить еще 17366 крон. С учетом имеющегося пока запаса дров на сами работы оставалось 75304,65 крон. Эта сумма на 10% меньше, чем было в 1933 г., при этом было понятно, что ситуация с деньгами станет еще сложнее, когда закончатся запасы дров и надо будет их приобретать. Несмотря на оптимизм с запасом топлива, в мае из государственного лесного хозяйства всё-таки приобрели дров на сумму 2152,51 крон. На рабочий сезон повлияли различные происшествия, повлекшие дополнительные расходы. В начале работы железный винт «Талабска» коснулся камня, и сломался конец вала. Одна баржа для перевозки камней напоролась в порогах на камень и затонула. На моторе у буксировочной лодки «Хюва» два раза ломалась шестерня заднего хода. Впрочем, из всех этих происшествий вышли без больших потрясений.

В течение 1934 года свайным молотом Лобница разрушали скалы в порогах на дне реки Наровы в течение 4,5 месяцев. Буксировочное судно и баржи вывозили камни в течение полутора месяцев, и в это же время строились в Васкнарве на песчаной отмели молы. Судно по подъему камней продолжало работу по извлечению больших валунов в течение всего сезона.


На разрушении скал «Хииглане» работало: с 15 по 20 мая (5 рабочих дней), с 18 июня до 22 августа (55 дней) и с 3 сентября до 27 октября (47 дней), всего 107 рабочих дней.

Уже при работе в 1933 году стало ясно, что обычные металлические тросы для подъема свайного молота, не подходят. Получены же они были от департамента Водных путей, по всей видимости, бесплатно. Понятно, что на том этапе никто не задумывался об их пригодности. Ранней весной 1934 года были заказаны специальные не крученые троса. Эти троса прибыли на место только осенью 21 сентября, и большую часть времени проработали с обычными тросами. Они постоянно задирались, повреждались, и их приходилось часто менять. Для удобства замены пришлось переделать узел крепления троса на свайном молоте, так чтобы можно было быстро менять, и, таким образом, уменьшать простои. Кроме того, это изменение конструкции в креплении, уменьшило количество поломок троса в этом месте.

Установка нового троса занимала 5-6 часов, и в это время оба свайных молота простаивали. «Хииглане» был оборудован двумя свайными молотами Лобница, каждый из которых работал от отдельной лебедки. Осенью быстро выяснилось, что вновь полученный не крученый трос нормально может работать только с левой лебедкой. Разница между двумя лебедками состояла в том, что на барабане правой лебедки канавки для троса были сделаны как левосторонний винт, а на левой — наоборот, как правосторонний. Пришлось на правую лебедку обратно установить старый трос. Зимой канавки на барабане этой лебедки переточили на винт в противоположную сторону.
Свайный молот Лобнитца(из фондов Эст. гос. архива)


В 1934 году свайные молоты сделали 117426 ударов по разрушению скалы на дне реки. С одним крученым тросом было возможно делать в среднем 36000 ударов до тех пор, пока трос не изнашивался и разрывался. Не крученый трос в 1934 году работал достаточно короткое время. С ним было сделано всего 20530 ударов, и выяснить его надежность до конца не удалось. Не крученый трос содержал сердечник из железной проволоки диаметром 28 мм (против 23 мм у старого), соответственно он был и тяжелее крученого. Его стоимость была 1,31 крону за 1 килограмм, то есть на 36% дороже обычного троса.

В 1934 году на государственном Портовом заводе изготовили 13 ударников для свайного молота. Еще они были заказаны из-за границы непосредственно от фирмы “Lobnitz”. На заводе ударники делали из старых артиллерийских снарядов (опять же запасы со времен Первой Мировой войны). Старались выбрать снаряды из крепкой стали, однако всё равно самые первые были прочные, а эти новые разрушались слишком быстро.

Ударник снабжен специальным хвостовиком, который с помощью клина крепился к телу самого свайного молота. К сожалению, этот хвостовик часто ломался. Это происходило потому, что ударник не стоял совершенно неподвижно на конце свайного молота, а несколько смещался при ударе. В Портовом заводе изготовить наконечник с хвостовиком из одного куска железа не могли, поэтому разные части устанавливались в горячем виде и крепились двумя болтами.




Ударник свайного молота Лобница


Ударники разрушались слишком быстро, так как железо от используемых снарядов было слишком мягкое. Тогда на заводе изготовили 5 ударников из бронебойных снарядов (можно не сомневаться, что и они остались в наследие от империи). В этом случае всё-таки сумели сделать ударник вместе с хвостовиком из одного куска. Бронированное железо по износу оказалось самым лучшим материалом, после более, чем тысячи ударов они были на 3 — 9 см длиннее, чем ударники первого типа.

В декабре прибыли 4 новых ударника из фирмы «Лобниц». Для них нижнюю часть на свайных молотах на месте в Васкнарве пришлось переделать, так что в 1935 году можно было бы приступить к работе уже с этими импортными ударниками. Всего в 1934 году израсходовали 8 ударных наконечников.

В этом году свайным молотом Лобница на разрушении дна работали 4,5 месяца (107 рабочих дней), из них в 3 смены (примерно 7,5 рабочих часов) — 66 дней и в 2 смены (8 рабочих часов) — 41 день. Общее количество рабочих часов составило 2110. Длина участка, на котором проводили углубление, была 30 — 45 метров и ширина 15 — 23 метров. Кроме простоев на ремонт (857 часов), надо было добавить время (142 часов), когда углубитель переставляли с одного отверстия на другое, то есть фактически в работе он был половину от всего времени. За год молотами было сделано 117426 ударов, количество пробитых отверстий составило 9628 штук. Общая длина их была 8641 погонных метров, при средней глубине отверстия 0,894 метров. На эти работы израсходовали 1268 кубов дров. Теоретически было разрушено 11310 кубометров скал на площади 12643 квадратных метров. В 1934 г. было сделано на 3000 квадратных метров площади больше. Всё разрушенное количество камней было вынуто углубителем.

На основании появившегося опыта появилась возможность хотя бы примерно оценить стоимость работы свайного молота Лобница. Теоретический подсчет дал цифру 2,61 кроны за кубометр разрушенных камней. Сверление скал и их взрывание в 1931 и 1932 годах по расчетам стоило соответственно 1,87 и 2,09 кроны за куб. И только, если принять во внимание удорожание взрывчатки на 30%, то получались цифры в 2,80 и 3,13 кроны за куб. Тогда можно было считать, что использование Лобница получалось несколько дешевле, чем взрывной способ разрушения дна.


Как и в прошлом году на углубление порогов Наровы вместе с «Хииглане» работали буксировочные суда «Талабск», «Хюва» и 5 барж для перевозки камней.

В этом году своё влияние оказывал низкий уровень воды, который в среднем был на 0,2 м ниже, чем в 1933 году.

Как упоминалось выше, было несколько серьёзных аварий с буксировочным судном и одной баржой. 14 мая пароход «Талабск» винтом задел за камень, и в результате отломался конец вала. 22 мая неисправность устранили, и судно смогло работать дальше. Затем на моторной лодке «Хюва» повредилась в муфте зубчатая шестеренка заднего хода. Простой на ремонт составил 1 день. Всё-таки надо отдать должное команде механиков, которая подобралась в мастерской. С помощью подручных средств они приводили технику в рабочее состояние в самые короткие сроки. Также одна баржа затонула в порогах, эту «утопленницу» пришлось заменить на запасную баржу.

На углубительных работах «Хииглане» работал вместе со вспомогательными судами с 8 мая по 17 июня, с перерывом 15-22 мая, затем с 23 августа до 2 сентября. Всего получилось только 37 рабочих дня, то есть 1,5 месяца. Производительность стала еще меньше и расходы на единицу выше, чем в прошлые годы. Всего вывезли 127 барж, на которых было 9067,4 кубометров камней. Расходы составили 6627,25 крон, и на 1 куб приходилось 1,10 кроны.

В июне заполнение баржи занимало 1,2 часов, а в августе — 2,34 часов. Это объяснялось тем, что вначале вынимали в том месте, где скалы были разрушены взрывами, и была возможность вынимать слой камней 3,5-4 метров толщиной. Таким образом, была возможность наполнять баржу с одного места, без необходимости переставлять углубитель. В августе же вынимали камни на том месте, где скалы разрушались свайным молотом Лобница, где слои были толщиной в среднем всего 0,4 метров. Ковш здесь редко когда был полный, и углубитель приходилось при наполнении одной баржи несколько раз передвигать, каждый раз поднимая и опуская донные опоры. Это также увеличило цену работы.

Стоимость деятельности «Талабска», «Хюва» и 5 барж обошлась в 19984,40 крон, вывоз 1 куба камней стоил 3,31 кроны. И здесь видна весьма маленькая производительность, цена за единицу увеличилась в 2 раза (!). На это повлиял ремонт судов и их простой, ведь расходы на устранение аварий увеличили стоимость работ на 3300 крон.


Молы в 1934 году строились в тоже самое время, когда «Хииглане» проводил углубление. Работали в период 8-16 мая, с 22 мая до 19 июня и с 23 августа до 4 сентября. Подвезенные камни, в количестве 8758,4 кубометров устанавливались на мол №4, который находился у восточного берега Наровы и Чудского озера. Небольшая часть камней (309 кубов) пошли на окончание строительства мола №1.

Во время рабочего сезона, в мае уровень воды был такой высокий, что баржи, подвозящие камни, с помощью двух плавающих кранов разгружались сразу в тело мола. В августе уровень воды упал, и баржи не удавалось уже ставить на рабочее место, поэтому камни подвозились вагонетками по мосту на козловых опорах (1849 кубов).

Расходы на деятельность «Хииглане» при углублении составила 6627,24 крон, на работу свайным молотом — 15296,59 крон.

Мол №4 строился в двух частях, начинали мол с нижнего конца длиной в 391 погонных метров. Самый нижний конец участок с нулевой отметки до 150 метров находился до такой степени близко к фарватеру, что полностью загруженные баржи подходили прямо к молу. Следующая часть мола от отметки 150 до 400 метров находилась от фарватера в стороне, и здесь груженые баржи не могли подойти к молу. Тогда подвозящие камни баржи ставили на отметку мола 100 метров. Там плавающий ручной кран выгружал их наполовину, и эти камни перевозили при помощи вагонеток. Другой плавающий кран работал на участке 150-400 метров, где из барж выбирали оставшуюся часть. 4 июля уровень воды понизился так, что на нижнем конце мола работать больше не могли. Тогда оба крана переставили на озерную часть. Кран №1 установили на отметки 1100 м, другой же кран № 2 при низкой воде работал на участке 900-1000 м. Опять же кран №1 с каждой баржи разгружал только половину и кран №2 выгружал уже окончательно. Таким образом, удалось на конце мола построить 200 погонных метров, не прибегая к дорогостоящему подвозу камней на вагонетках. Мол №4 с озерной части сделан за год на длину 245 погонных метров на участке с 900 до 1145 метров. В августе оба плавающих кранов работали с вагонетками на нижней части мол №4. Из-за низкой воды пристроили специальный козловой мост, на который установили железную дорогу. В течение 10 рабочих дней продлевали нижнюю часть мола №4 на протяжении 140 погонных метров на участке с 250 до 391 метров.
Плавучие краны на строительстве 4-ого мола.Слева видна церковь в Сыренце, справа в Скамье.30.08.1934 г.(из фондов Эст. гос. архива)


Камни выгружались из барж на тело мола с оплатой за сдельную работу. За 1 куб выгрузки прямо на мол без вагонеток платили 0,60 кроны, и при работе с вагонетками 1 куб подвоза камней на дистанцию 250 метров по молу обходился в 0,9 кроны. На строительство тела мола было потрачено 9795,03 крон, и за эти деньги было установлено 9067,4 кубометров камней. В итоге установка одного кубометра обошлась в 1,08 кроны, для сравнения в прошлом 1933 году цена была 1,04 кроны. Видно, некоторое увеличение штучной цены из-за большого количества аварий и меньшей производительности.
Лёд, наползший на 1-ый мол17.04.1934 г.(из фондов Эст. гос. архива)



16 и 17 апреля 1934 года на мол №1 был сильный ледоход, так что лёд даже двигался по склону наверх и над молом было до 4 метров толщины льда. Ледовое давление не нанесло особых повреждений молу, только валуны со стороны озера были в беспорядке и некоторые из них были перемещены. Лёд перетащил примерно 30-40 валунов через склон на вершину мола и отдельные через мол в воду с другой стороны. Можно было констатировать, что мол №1 ледовое давление выдержал очень хорошо.

Для облицовки молов в 1934 г. было приобретено 595,6 кубометров больших валунов. Из этого количества судно по подъему камней достало со дна Наровы 513,2 кубов, и 64,4 куба было вынуто со дна при помощи малых понтонов в марте и апреле в мелких местах реки. Ранней весной вода очень прозрачная и камни было легко находить. Последняя работа стоила 225,47 крон, за 1 куб камня платили 3,5 кроны. Большие валуны были установлены на мол №1 на склон со стороны озера.


Расходы на деятельность парохода «Талабск» были 9672,39 крон, мотор буксировочной лодки «Хюва» — 3945,96 крон и на баржи — 6363,05 крон.


За год на молу № 3 на облицовку склонов использовано 87,1 кубометров плитняка (известняк) и на мол №4 со стороны озера — 227,4 кубов и всего 281,1 кубов. Облицовка склонов известняком делалась по оплате за сдельную работу: на молу №1 с 4 июня по 7 июля сделано 513 квадратных метров на протяжении 120 погонных метров и на молу №3 с 28 мая по 3 июня и с 9 июля по 31 августа покрыли 373 квадратных метров склона (77 погонных метров). Сложно было выбирать подходящие камни из большой груды камней, больших известняковых камней было найдено относительно мало. Стало ясно, что при разрушении скал свайным молотом скалы ломаются на куски значительно сильнее, чем при взрывах. В будущем от облицовки молов известняком предполагалось отказаться. Верхнюю часть склонов молов покрывали валунами, соответственно которых требовалось еще больше.

В ноябре и декабре использовали низкий уровень воды и собирали большие валуны с берегов около деревень Скамья и Куричка. Осенью накопали 224,7 кубометров валунов и установили их на молы. Эта работа также была сдельная, и за неё платили в среднем 3,05 кроны за 1 куб.

В Муствеэ ранее было собрано 400 кубометров больших валунов, которые были свезено в порт в апреле 1934 года. Общие расходы на это были 633,47 кроны. Из этого количества не было вывезено еще 120 кубов. На окончательном мощении работал плавучий кран №2 в период 18-23 июня и кран №1 с 18 июня по 5 июля и на молу №1. На склоне со стороны озера устанавливали большие валуны до достижения верхней плоской поверхности.

Судно по подъему камней начало вынимать большие камни со дна Наровы 7 мая и закончило 1 ноября. За это время было вынуто 531,2 кубометров валунов, которые и установили на молы. Работали 140 рабочих дня и платили, как за сдельную работу по цене за 1 куб — 3,7 кроны. На дне реки было найдено очень много огромных валунов, которые просто так поднять было невозможно. Такие камни между двумя платформами вручную сверлили под водой (всего было просверлено 63,7 погонных метров) и затем взрывали динамитом. На сверлении камней работало 3 человека. На камнеподъёмном судне был также один десятник-минёр на месячной зарплате. Сверление валунов и их разрушение стоило 3528,60 крон, и 1 куб обходился в 8,87 кроны. Простой у этого судна были из-за аварии с подъемным приспособлением. Судно буксировалось на рабочее место к молам и назад в среднем на 2 км моторной лодкой «Хюва».


В 1934 г. было израсходовано из кредита 88135,35 крон и было использовано старых запасов дров на сумму 4535,30 кроны. Общая сумма расходов к этому времени — 1130389,97 крон или 68% от запланированной.

Самая большая сумма была уплачена Портовому заводу за изготовление «Хииглане» и свайного молота Лобниц (создается впечатление какой-то бесконечной истории с этими выплатами) в 17366 крон. Непосредственно на само строительство осталось 75304,65 крон. В 1933 году эта сумма была 82050 крон и в 1932 году —123359 крон, то есть, с каждым годом выделяемая на работу сумма катастрофически уменьшалась. На следующий год государственный бюджет разрешал потратить 90000 крон. Однако если эта сумма не будет увеличиваться в будущем, то для окончания работ понадобиться еще 5 лет. В тоже время, после внесения всех изменений в закон о понижении Чудского озера, оставалось только 3 года.




1935 год 


В целом работы в 1935 г. проходили нормально без больших аварий и простоев. Было выделено 90000 крон кредита, из которых Портовому заводу заплатили последнюю часть за изготовление «Хииглане» в размере 7971,10 крон (неужели, наконец-то, удалось рассчитаться с ними!).

В 1935 г. проходили следующие работы: 1) В порогах Наровы под водой при помощи свайного молота Лобница разрушали скалы в течение 3,1 месяцев; 2) углубитель «Хииглане» разрушенные скалы вынимал в течение 2,7 месяцев; 3) на песчаной отмели у Васкнарвы строили молы в течение 2,7 месяцев и 4) судном по подъему камней продолжили доставать валуны со дна Наровы в течение всего рабочего сезона (5,6 месяцев).


Работы по разрушению скал под водой свайным молотом Лобница «Хииглане» проводились в период 6-14 мая, с 17 мая по 27 июня и с 7 сентября по 21 октября. За это время получилось 72 рабочих дня и 22 дня простоя на отдых и ремонт.

В 1935 году свайный молот был окончательно переделан, и это увеличило производительность. Уже осенью 1934 г. применили троса особой конструкции (не крученые), и с ними свайный молот стал подниматься намного успешнее. Надежность этих тросов была оценена, как хорошая. В среднем удавалось сделать 23070 подъемов и ударов, прежде чем трос изнашивался до предела. Зимой 1934/35 г оба свайных молота оснастили новыми ударниками, полученными от фирмы «Лобница» из Англии (так сказать, оригинальными, фирменного изготовления), сделанными из особого железа. Так как они отличаются по конструкции крепления, то свайный молот сняли с углубителя и зимой в своей мастерской переделали. Весь 1935 год работали английскими ударниками, каждый ударник сделал 62000 ударов и мог еще работать. В прошлом же году работали на отечественных, которые выдерживали в среднем 18000 ударов до полного разрушения. Надежность ударника из английского железа можно было оценивать 80000 ударами. При этом сама фирма «Лобниц» считала, что можно сделать только 30000 ударов. Английские ударники были примерно в 4,5 раза надежнее и в использовании казались в 2-2,5 раза дешевле. Работы по разрушению скал велись в 3 смены, в каждую разрушали в среднем 650 квадратных метров скал на дне реки. Из всего количества рабочих часов (1684 часов), на разрушение скал ушло 1107 рабочих часов или 66% от общего времени, на ремонт 203 часов или 1,1% и на другие простои 374 часов или 22,2%. В предыдущем году соотношение часов работы и простоя было 52,6% и 47,4%.

Свайным молотом Лобница сделали 122933 ударов, проделав 14916 отверстий, общей длиной 10857,9 метров. На это потратили 1215,5 кубов дров. В итоге разбили донных скал на площади 18361 квадратных метров, теоретически было разрушено 13412 кубометров камней. Всё это количество не было вынуто углубителем, так как нижние слои скал разрушились слишком слабо. Получили примерно 50% от теоретически разрушенного объема скал. В этом году разрушили почти в 1,75 раза больше, чем в прошлом. Общая сумма расходов на эту работу составила 16490,56 крон. В этом числе расходы на приобретение 4 фирменных ударников Лобниц за 2600 крон. В 1935 году разрушение скал стоило 2,27 кроны за 1 кубометр скалы, в прошлом — 2,61 кроны, т.е. имелось некоторое снижение расходов на единицу.


Вместе с углубителем «Хииглане» на углубление порогов реки Нарова работали буксировочные судна «Талабск», «Ильмарине», «Хюва» и 5 барж для перевозки камней.

Углубитель 3 мая отбуксировали из зимней квартиры в устье реки Втроя около дер. Скамья на рабочее место, и уже 6 мая начали работать свайным молотом Лобница.

На углублении Хииглане работал 14-16 мая, с 27 июня по 6 сентября и 21-26 октября. За это время было всего 81 день, их которых действительно рабочих только 69 и 12 дней — на отдых и ремонт.

Углубитель вынимал камни в тех местах, где они были разрушены на дне свайным молотом.

Скалы разрушались свайным молотом на глубину 0,7-0,9 м. Однако нижние слои были разрушены слабо, и ковш углубителя взять их не смог. При работе с тонкими слоями ковш заполнялся не полностью, и чтобы вынуть 1 кубический метр камней приходилось делать в 2-3 раза больше циклов подъема ковша. Поэтому погрузка одной баржа длилась дольше, и углубитель в этом году работал в 2 смены. Так в день грузили камнями 4 баржи, которые затем плавучие краны выгружали на молы. С Чудского озера в это время ветры не препятствовали, ремонта углубителя не было, и белые ночи давали возможность полноценно работать в две смены. Но начиная с 1 сентября дни стали короче, и стали грузить уже меньше 4 барж в день. В конце же октября дни укоротились настолько, что на строительстве молов работали только в 1 смену, и получалось только 2 баржи. В среднем вышло 3,2 баржи в день за весь период.

Следует отметить, что в мае нагрузили 3 баржи с каменным мусором для удлинения портового мола в Муствеэ. На наполнение одной такой баржи углубитель работал в среднем 2,37 часов.


В 1935 году углубитель «Хииглане» вынул со дна 14388 кубометров камней, при этом 1 куб стоил 1,15 кроны.

На буксировке барж по перевозке камней всё время работали пароход «Талабск» и другое буксировочное судно, которое предоставил Департамент водных путей — «Ильмарине», а также моторная лодка «Хюва». «Ильмарине» был взят в 1935 г. на пробу, на замену арендованного «Талабска», у которого заканчивался контракт на его долгосрочную аренду. Этот новый пароход имел следующие параметры: водоизмещение 31 регистровых тонн, длина 19 метров, ширина 3,6 метров и осадка 2,1 метров. Оказалось, что «Ильмарине» был даже слабее, чем «Хюва». 19 июня этот пароход прибыл из Тарту в Васкнарву, его паровая машина выдавала 35 л.с., при давлении пара в котлах 8 атмосфер по манометру и разрешенных оборотах 300-350 об/мин. Первое, что сделали для увеличения мощности этого судна — это заказали в Портовом заводе за 280 крон новый чугунный винт. Паровые трубы и раздачу пара в этом году было решено не переделывать, а эти работы отложить на будущий 1936 год. С новым винтом «Ильмарине» стал в состоянии буксировать баржи, нагруженные камнями, и в целом не уступал «Талабску», хотя и не превосходил его. Оставалась надежда, что после переделки паровой машины на «Ильмарине», его мощность вырастет примерно на 10% до 800 кгс, и он сможет полностью заменить «Талабск». Решением директора Департамента водных путей в дальнейшем дорогостоящую аренду «Талабска» прекратили, и вместо него в работе должен был использоваться «Ильмарине».

Всего погрузили 221 баржу, на которых вывезли 14388 кубометров камней. Если в прошлом 1934 г. вывоз 1 кубометров камней стоил 3,31 кроны, то в этом цена опустилась до 1,5 крон. Она опустилась более чем в 2 раза, став даже меньше, чем было в 1933 году. Это был несомненный успех в деле повышения производительности.

Расходы на деятельность углубителя «Хииглане» были следующие: на выемку камней со дна 11006,05 крон и на работу свайного молота 16490,56 крон. На работу парохода «Талабск» потратили 5664,34 кроны (как указано выше, это был последний год использования «Талабска»), на «Ильмарине» — 2745,13 крон и на мотор-буксировочную лодку «Хюва» — 1802,19 крон (в документации зафиксировали, что за год она прошла 2319 км). На деятельность барж ушло 4523,16 крон.


Строительство молов на отмели проходило с 26 июня до 29 октября, и в это время строились тела молов №2 и №4. Было уложено 14178 кубометров известняковых камней. На склон мола со стороны озера установили 440,4 кубометров валунов, сделав 701 квадратных метров покрытия склонов.

На молу №2 всё тело было сделано из известняка, который на вагонетках лошадьми завезли по построенному козловому деревянному мосту. Было уложено 6440 кубометров камней. С этим тело мола было закончено, и все 573 метров его длины построены. Озерный склон начали защищать, укладывая валуны слоем толщиной в 0,4 метра. Этой укладки было сделано 625 кв. метров, на которую израсходовали 290 кубометров больших валунов.

Склон мола №1 был укреплен при помощи 150,4 кубометров валунов, там было вымощено 76 кв. метров.
Плавающие краны на строительстве 4-го мола.30.08.1934 г.(из личного архива автора)


На мол №4 в 1935 г. установили 7738 кубометров известняка. 109 погонных метров его длины сделали уже на 1,5 метра выше уровня воды. 220 погонных метров — до уровня воды и 375 погонных метров — на 0,5-1,5 метра ниже уровня воды. В итоге была сооружена непрерывно вся длина мола в 1340 метров, но местами его высота была еще недостаточной.

Осенью 1935 года Чудское озеро очень штормило, и особенно сильные были юго-западные штормы, которые около молов создавали большие волны. Озерные склоны молов в это время уложенные валуны еще полностью не защищали. В ночь с 7 на 8 октября был особенно сильный шторм, который смыл водой самые концы тела молов №2 и №1, которые не были защищены над водой. Пострадало 309 погонных метров молов или 300 кубометров. В октябре это место снова сделали и укрепили валунами.

Согласно плану на постройку молов было необходимо 88000 кубометров известняка и из этого количества на мол №4 — 49000 кубометров камней. На это время было установлено 56147 кубометров, и, таким образом, для окончания молов необходимо установить еще 31853 кубометров.


Камнеподъемное судно напротив Скамьи

Верх молов облицовкой известняком в этом году не делали, такой камень после разрушения дна свайным молотом было не найти, кроме того, большие валуны были более прочными при морозах.

Судно по подъему камней вынуло со дна 603 кубометров валунов. Оно работало с 5 марта до 25 апреля и с 10 мая до 27 октября, всего 83 рабочих дней. Камни установили на мол №4, на озерном склоне мола выложили 701 квадратных метров поверхности. Расходы на деятельность этого судна составили 3858,08 крон.

В прошлом году было за 1750 крон приобретено 392 кубометров валунов из окрестностей Муствеэ, из которых 306 кубометров были свезены в порт Муствеэ, но всё еще остались там. В 1935 году начались работы по продлению мола в Муствеэ, и было решено эти камни использовать на месте, а деньги засчитали обратно на счет работ по понижению Чудского озера.

Расходы на деятельность моторной лодки «Сортиласе» были 902,17 крон, на плавучий кран №1 — 1564,41 крон и на кран №2 — 2153,51 крон.


Общие расходы за 1934 г. составили 92984,12 крон, всего с начала работ потрачено 1229253,17 крон или 74% от всей запланированной суммы.

Это был последний год, за который имеется подробнейший отчет о проведении работ. Со смертью Тильзена в 1936 году сведения о состоянии дел стали весьма скудны и ограничены.


В газете «Вести дня» появилась заметка о первых «звонках» экологического свойства. Писали о том, что дамбы изменили биологические условия в северо-восточном углу озера и, как следствие, якобы стал хуже лов рыбы.




1936 год 


Продление сроков окончания работ, весьма негативно сказалось на использовании средств. Их приходилось в достаточно изрядном количестве тратить на поддержании всего плавающего состава «флотилии», в прямом смысле слова на плаву. Каждую осень их готовили к зиме, разгружая от лишнего оборудования, а малые затаскивали на берег. Зимой же занимались различными складскими работами. Около тех судов, которые оставались на воде в течение зимы, приходилось обкалывать лёд, чтобы он не повредил корпуса. Весной начинали смолить, конопатить деревянные суда. Откачивать из них воды, красить и тому подобное — проводить подготовку к напряженному рабочему сезону, который, впрочем, длился всего 2-3 месяца. А потом опять «консервация» и подготовка к зиме... И всё время бесконечный ремонт.


В начале 1936 года занимались, как было написано выше, ремонтом судов. Единственным производственным занятием был сбор валунов по берегам реки Наровы и около восточного берега Чудского озера. Набрали их 225 кубометров и по снегу отвезли на мол №4, облицевав его снаружи. Некоторую часть валунов, как для облегчения транспортировки, так и для нормальной укладки, пришлось сверлить и разрушать взрывами на «половинки».

В марте камнеподъемное судно приступило к работе, и успело вынуть со дна 100 кубометров булыжников. По всей видимости, их пустили на облицовку мола №1, где покрыли валунами 150 квадратных метров склонов.

В марте государственное Лесное хозяйство выдало дрова, из которых 600 кубов надо было вывезти на берег Наровы в то же самое место, что и прошлой зимой. Это были на складские площадки на земле Абрамова напротив Дюка, и на землю Башманова на правом берегу между Дюком и Скарятиной. Еще из лесничества Пермискюла надо было вывезти на площадку около Переволока примерно 1000 кубов дров. Остальные 1200 кубов надо доставить из лесничества Кивинымме. Любопытно, что при этом пытались узнать, какую наилучшую цену согласен платить заведующий работ по понижению уровня. Надо понимать, что отпускали это в долг, даже без согласования окончательной стоимости. Перевозкой этих дров занимались в течение апреля и мая.

Также в эти два месяца продолжался ремонт плавающих судов. Приступило к работе камнеподъёмное судно, собрав за эти два месяца из реки и озера всего 200 кубометров булыжников. Ими были облицованы молы №1 и №2 на площади 1180 кв. метров. Имелись сведения, что в это время монтировали новое судно для подъёма камней, чем оно отличалось от «старого» — данных не обнаружилось.

В июне 1936 года углубитель «Хииглане» был на ремонте. Камнеподъемное судно продолжало активно свою деятельность, вынув со дна 114 кубов валунов. На молу №4 построили разгрузочную пристань, провели исправление железной дороги. Молы №1 и №2 облицевали булыжниками на площади 460 квадратных метров. По берегам Наровы было собрано и вывезено на молы 64 кубометров больших камней. После двухлетнего перерыва вновь заработало сверлильное судно «Пуурия», успев разрушить 1500 кубометров плитняка на дне. В июле углубитель «Хииглане» работал в порогах только 9 дней и успел загрузить 35 барж. Баржи с камнями к молам и пустые под погрузку обратно буксировали «Ильмарине» и «Хюва». Эти камни установили на мол №2 — 722 кубометров и на мол №4 — 1578 кубометров. Всё тоже камнеподъёмное судно извлекло со дна 130 кубометров булыжников. Ими облицевали 552 квадратных метров склонов молов №1 и №2. С берегов Наровы на молы было вывезено 79 кубометров больших валунов. «Пуурия» с помощью сверления и взрывания дна, разрушила 1500 кубометров плитняка, и на этом завершила работу в этом году.


22 июля 1936 г. министру Дорог подали докладную записку, в которой пытались решить главный вопрос, сколько еще потребуется денег для продолжения работ. Состояние дел оценивалось на 15 июля. «Из-за ограниченного кредита в 60000 крон «Хииглане» уже 15.07 закончила работу. Нижняя часть порогов уже сделана разрушенной. Было использовано 1,5 тонны взрывчатки и взорвано примерно 3000-4000 куб. м скал на дне. Углубителем это количество вынуто и вывезено для постройки молов. Сверление задержано в связи с тем, что все взорванные скалы до окончания работ надо было вынуть со дна реки по требованию Министерства хозяйствования. Из-за сильного течения сверление для закладки взрывчатки было возможно только при помощи труб, что уменьшило продуктивность сверлильных работ в 2 раза и увеличило цену 1 куб. м разрушенных скал. Углубитель в 1 смену наполнял 4 баржи. Вынутые камни вывозились на мол №4, где действовал кран и вагонетками устанавливали на тело мола. После окончания углубительных работ, склоны укрепляли булыжниками, которые камнеподъёмное судно поднимало со дна реки и собирали на берегам. Также большие камни вывозили зимой с полей.
Склоны мола №3 были укреплены уже в прошлом году. На молу №1 склоны надо облицевать в отдельных местах, также частично и на молу №2. Большие работы предстоят еще на молу №4, как на постройке тела, так и по укреплению склонов. Последний мол вытянут уже на всю длину 1340 м, местами камни уложены так, что не покрываются водой. Склоны молов укреплены булыжниками полосой шириной в 5 метров. Они успешно противостоят волнам и течению. Отдельными местами склоны укрепляли подходящим плитняком, однако нужное количество таких кусков отсутствует».

Далее приводится перечень того, что необходимо сделать по сокращенному департаментом Водных путей плану, начиная с 1937 г., с указанием примерной стоимости этих работ.:
1. Закончить открывать нижнюю часть Верховских порогов, взрывать скалу взрывчаткой и очищать верхнюю часть порогов, разрушать в низких местах тараном Лобница. Вместе с углублением и вывозом — 24000 кубометров по 5 крон =120000 крон;
2. Углубление около Васкнарвы песчаной отмели от глиняной части — 80000 кубометров по 1,25 кроны=100000 крон;
3. Очистка русла реки от больших камней — 600 кубометров по 10 крон = 6000 крон;
4. Окончание строительства тела молов — 28000 кубометров по 1,4 кроне = 39200 крон;
5. Укрепление склонов молов — 10000 кв. метров по 3,5 кроны = 35000 крон.
Общая стоимость — 300200 крон.
6 .Общие расходы: служащие, контора, проездные 10% от суммы — 30000 крон.

Итого — 330000 крон.

Впервые упоминается некий сокращенный вариант, но что именно и насколько урезали можно только догадываться. Однако было указано, что департамент водных путей 29.02.1936 года насчитал, что для окончания работ по укороченному плану требовалось 358187 крон. Если вычесть из этой суммы кредит в 60000 крон, который предназначался на этот год, то получалось, что, начиная с 1937 года, на работу предназначалось 300000 крон. Эта сумма была несколько меньше того, что было в представленной выше калькуляции.

Считалось, что в принципе возможно выполнить работы в пределах указанной суммы в течение двух лет (это надо думать, если таковая будет выделена). Несмотря на любое решение, было необходимо полностью вынуть со дна уже взорванные камни. Удлинение работ по времени сильно увеличивало единицу труда. Отмечалось, что точный обзор сделанных работ возможен только после контроля профиля реки в Верховских порогах и на отмели у Васкнарвы. Последние измерения показывали, что в результате построенных молов, углубления озера и русла реки, в последний год уровень поверхность воды в Скарятине и Васкнарве понизился на 3-11 см, в среднем на 7 см. Еще было не закончено углубление нижней части порогов на протяжении примерно 200 метров длины, и частично верхняя их часть требовала очистки. Почему-то специалисты вдруг стали угрожать, что если дело не доделать, то уровень в озере может даже повыситься.

В заключение, на тот момент оценивалось понижение уровня воды в среднем на 7 см, когда было использовано 1260000 крон. Если за следующих два года потратить 330000 крон (20% от всей суммы кредита) и закончить работы по укороченному плану, тогда точно будет понижение озера до 20 см, а в будущем в течение какого-то времени достигнет до плановых 30 см. То есть, потрачено уже больше миллиона бюджетных денег, а результат еще очень далек от требуемого. А если добавить еще немного денег, то тогда озеро уж наверняка понизиться, если и не сразу, то потом. Дальнейшие события показали, что был принят этот «укороченный» бюджет, и работы продолжились.
Разгрузка валуна, поднятого со дна реки.Подкладывает кадки Василий Поляков.Прим. 1936 г.(из личного архива Поляковой Л.В.)



В августе камнеподъёмное судно доставало валуны из реки и озера в количестве 87 кубометров. Они все шли на облицовку озерных склонов у молов №1, №2 и №4, было сделано 1142 кв. метров. Еще с берегов Наровы вывезли на эти же молы 316 кубометров булыжников. Большие камни разрушали взрывами, как на земле, так и под водой. К этому моменту было истрачено 50496 крон, то есть, практически все выделенные на этот год деньги.


Тут, по крайней мере, для тех, кто работал на «Хииглане» случился своего рода счастливый случай. Министерство дорог затеяло большой проект со строительством моста через Эмайыги в местечке Луунья. По проекту в районе этого строительства требовалось провести углубление реки. Одним из подходящих судов для этой цели и был определен углубитель «Хииглане». Как упоминалось в главе 2, собственно кроме Наровы и верховий Эмайыги он больше нигде работать и не мог. «Хииглане» перевели туда в конце июля, и он проработал там до конца года. Кроме него, там же был задействован буксир «Ильмарине» и одна баржа, которой доставляли дрова. Так в октябре туда были переданы 374 кубометров дров на сумму 942,36 крон.

Осенью занимались различными измерительными работами на реке, и разбирали пристани на молу. Упоминается о работе баржи №6, которая до этого была практически не задействована. Как писали в газете «Вести дня» 03.10.1936 г. «Вследствие чрезвычайно низкого уровня воды в озере Пейпус у истоков реки Наровы, суда линии Тарту-Васкнарва не могут пройти в реку, и на место доставлена багерная машина, которая должна очистить истоки от наносного песка ...».

В ноябре все рабочие вспомогательные суда находились на зимних квартирах, и там на них проводился некий ремонт. К концу года сумма расходов составила 63430 крон.




1937 год


В январе и феврале все рабочие суда находились на зимних квартирах, где проходил их обычный ремонт.


Практически, как «гром среди ясного неба» в марте 1937 года возник план по ликвидации работ по понижению Чудского озера. Было поручено передать департаменту Водных путей использованное имущество и суда к 01.08.1937 года. Суда предполагалось доставить в Тарту, складские материалы и расходные материалы перевезти в Таллин на центральный склад. Затраты на эти мероприятия оценивались следующим образом:
Ликвидация материального склада и транспорт из Васкнарвы до Таллина — 4000 крон;
Плавающие вспомогательные суда из Васкнарвы в Тарту — 1500 крон;
Различные расходы (зарплата, аренда и существенные местные ликвидации) — 5000 крон;
Непредвиденные расходы — 2000 крон;
Всего — 12500 крон.

Всего на понижение уровня до 01.04.1937 было уже израсходовано 1286229 крон.

При этом отмечалось, что остро необходимо для окончания работ еще 258000 крон, хотя даже по сокращенному плану, о котором шла речь в прошлом году, требовалось 358000 крон. Только острый кризис вроде бы заставлял прекращать работы. Хотя было понимание, что при нормальном состоянии дел надо было бы продолжать работы до окончания, которые и привели бы в итоге к понижению озера на запланированные 30 см.


Что именно заставило отказаться от сворачивания работ — неизвестно. Более того на рабочий сезон 1937/38 гг. (с апреля 1937 года по март 1938 года) было выделено целых 100000 крон, то есть на 40000 крон больше, чем в прошлом году. Откуда взялись вдруг деньги, которых до этого не было совершенно, и кто сумел пробить осталось непонятным. Хотя, конечно, метания от закрытия проекта вдруг к увеличенному финансированию вызывают массу вопросов.


Было намечено достать из реки 12000 кубометров камней, и общий план стал выглядеть следующим образом:
1. Углубитель «Хииглане» должен проработать 63 рабочих дня, и за это время вынуть со дна реки 12000 кубометров доломитных камней, которые надо погрузить на баржи;
2. Эти камни требуется вывезти в Чудское озеро и установить на молы;
3. Свайный молот Лобница должен работать в течение 2 недель в 3 смены и в среднем сломать 1000 кубометров камней;
4. Камнеподъёмному судну необходимо вынуть со дна Наровы, и собрать с берегов Чудского озера 800 кубометров больших булыжников. Их надо установить на молы, для их защиты от волн. Для этого планируется работать 2 месяца в 2 смены и 4 месяца в 1 смену;
5. Молы со стороны озера облицевать булыжниками толщины 0,4-0,5 метров на площади 3000 квадратных метров.



Судно для подъема камней, прим. 1932 г.(из фондов Эст. гос. архива)

Раньше всех начала и позже всех закончила работу камнеподъемное судно, его рабочий сезон продолжался с марта по октябрь. За это время было поднято со дна примерно 641,6 кубов больших камней. Также с берегов Наровы собрали и по воде отвезли на мол №4 еще 109,6 кубов булыжников.

Второй по значимости и продолжительности была работа по облицовке мола №4, главным образом, с озерной стороны. Эти деятельность проходила в апреле-мае и затем в сентябре-октябре. За это время было облицовано примерно 1787 кв. метров склона мола. Как и ранее, для этого крупные камни приходилось сверлить и разрушать на куски толщиной 0,4-0,5 метра. Также указывалось, что копали канаву на молу, которую заполняли большими булыжниками.

В период с июля по сентябрь шли работы по разрушению дна и одновременно строительству тела четвёртого мола. С помощью взрывов (с мая по июль) разрушили 5300 кубометров донных скал и еще 1000 кубометров при помощи свайного молота Лобница. Углубитель «Хииглане» вынул со дна 5146 кубометров камней. Все эти цифры не являются полными и точными и получены на основании каких-то текущих весьма путанных отчетов.

До начала работ на Нарове и после их завершения, «Хииглане» снова проводил углубление в Луунья. По всей видимости, он там работал в мае, буквально одну неделю в июле и в сентябре-октябре.

Камни перевозились на мол баржами №1, №2, №3, №5 и №6. Их буксировали при помощи «Ильмарине» и «Хюва». На разгрузке барж работали 4 артели, каждая численность 22-24 человек. В работе были задействованы также два плавающих ручных крана. Камнями из барж наполняли вагонетки, которые транспортировались при помощи лошадей по железной дороге, установленной на молу. Не обходилось и без небольших инцидентов, так баржа №5 села на мель, камни с неё пришлось перегружать вручную на другую баржу.

В октябре суда стали отправлять на зимний постой. В ноябре и декабре их ремонтировали, в частности, делали ремонт паровой машины у «Ильмарине». Также занимались измерительными работами на реке.

Надо отметить, что работы в этом году летом велись весьма активно и плодотворно. Денег, по сравнению с предыдущими годами, было выделено достаточно много. По отчетам видно, что потратили к концу года 87426 крон, но надо иметь в виду, что конец отчетного периода заканчивался в марте следующего года, тогда и должны были освоить выделенный кредит полностью.




1938 год 


В январе — марте проходил ремонт судов, и к концу этого времени было истрачено 99960 крон, то есть, с этим справились полностью. Всего было израсходовано к этому времени 1358546,24 крон или 82,2% от общей суммы в 1653000 крон.


На следующий рабочий сезон было запланировано 60000 крон, но рассчитывали получить еще примерно 40000 крон. Эта последняя сумма поступала от управления по строительству моста в Луунья, за проделанную там работу и потраченные материальные ресурсы со стороны организации «По понижению Чудского озера». Хотя все они относились к одному министерству, но бюджеты у них были разные и расчет между ними проводился деньгами. Была поставлена технически возможная задача: закончить все наиболее необходимые работы к 1 апреля 1940 года. Это было закреплено решением Рийгикогу, внесшим изменения в соответствующий закон.
Ковшовый углубитель "Hiiglane" в Муствеэ(из личного архива Дмитрия Руусалеп)



В этом году «Хииглане» был задействован в Муствеэ, там проводил работы по углублению порта. Там он работал до 15 июля. За этот и предыдущий годы департамент дорог перечислил на работы по понижению Чудского озера 35810 крон.

За этот и следующие годы нет даже тех скудных отчетов, по которым составлялась картина работ за предыдущие два года. Поэтому, чтобы восстановить ход работ пришлось воспользоваться ведомостями зарплат, в которых указывалось, за что именно были выплачены деньги, и некоторыми газетными заметками.


По сообщению газеты «Русский Вестник» дорожный отдел уездного управления Вирумаа получил от управления водных путей 6000 кубометров плитняка, добытого летом при дноуглубительных работах на Нарове. Этот камень от деревни Эстонский Переволок (левый берег) вывозили на строительство дороги Агусалу-Пермискюла и далее до Городёнки.


В марте и апреле проводилась обычная рутинная подготовка к началу работ. В частности, затачивали сверлильные буры, смолили и конопатили понтоны для сверления. Красили «Сортилане», устанавливали палубу, шили брезент. На «Ильмарине» проводили очистку котлов. Затем откачивали воду из всех барж, кранов. Все деревянные плавсердства конопатили, красили и всячески приводили в рабочее состояние.

В конце марте первым приступило к работе камнеподъёмное судно. Больших камней для облицовки склонов молов требовалось большое количество и на помощь этому специализированному судну поставили кран №2. До июня месяца они все вместе извлекли со дна примерно 500 кубометров булыжников. Часть из них была разрушена еще на дне, для удобства извлечения тут использовался отдельный понтон, другая — уже на берегу для облегчения укладки на склоны мола.

С мая, используя подготовленные булыжники, начали работать облицовщики. Их было две артели и обе были задействованы на строительстве мола №4. Кроме новой облицовки, частично приходилось исправлять и старую. Эта работа проходила без перерыва до конца сентября. Работа включала в себя также так называемую планировку мола, то есть, придание правильной ему трапециевидной формы. Небольшой период в начале мая и июня проходили работы также на молу №2. Там заделывали какие-то дырки, проводили планировку и облицовку склона.

«Хииглане» после небольшого ремонта с мая начал вынимать камни со дна в районе Коколок. Работа продолжалась до 15 ноября и, по крайней мере, до середины июля в 2 смены. Известно, что за период с 29 июля по 13 сентября загрузили на 80 барж больше, чем положено было по нормам. Судя по всему "Хииглане" работал в 2 смены. Кроме погрузки барж камнями со дна реки, небольшое время с 13 августа по 9 сентября на разрушении дня был задействован свайный молот Лобница. 15 ноября углубитель был отбуксирован их Кошучек на зимовку.

К началу деятельности углубителя «Пуурия» закончила сверлильные и взрывные работы, которые проходили с мая месяца. Затем его отправили на стоянку в реку Втрою. Можно считать, что разрушили последние участки дна реки в порогах, согласно сокращенному плану.
Неизвестный буксир около мола, вероятно "Пиккер", прим. 1938-39 гг.(из собрания Эст. морского музея MM F 3211)


Одновременно с углубителем приступили к работе буксировщики «Ильмарине» и «Хюва». В июле упоминается пароход «Пиккер», который до этого не был замечен. Камни перевозились на 5 баржах, которые выгружали на молу №4 при помощи 2 кранов. По всей видимости, местом швартовки барж и крана было место где-то в нижнем конце мола, где были подходящие глубины. Перегрузку камней в вагонетки осуществляли 4 артели по 17-19 человек каждая. Вагонетки таскали по молу две бригады коневодов. В августе чистили от каменного мусора склоны мола №4. Можно утверждать, что все эти работы проходили в период с 27 июля по 13 сентября. Во всяком случае, командам плавающих кранов №1 и №2 выплатили премии за разгруженные сверх нормы 40 барж.

В августе проходило сверление плитняка на рабочем месте «Хииглане». Большие куски плитняка разрушали при помощи «Пуурия». Проходило это в районе Кашучки и Коколока.

В сентябре упоминается еще одно незнакомое судно — углубитель «Ост» (земснаряд). Так как местом его работы указано Чудское озеро, то, видимо, он проводил углубительные работы на фарватере между молами. Известно, что в ноябре пароход «Нептун» не смог войти в реку, и вынужден был пришвартоваться у 1-ого мола. Одним объяснением этого был низкий уровень воды в озере. Можно ли это считать достижением именно проведенных работ или сезонным явлением — никаких пояснений нет.

Мелкие материалы и работников перевозила моторная лодка «Сортилане».

Камнеподъёмное судно продолжало свою деятельность до 14 ноября. С июля и до окончания своего сезона извлекли со дна примерно 277 кубометров валунов. Кроме этого, судно регулярно привлекали на расчистку от больших камней судоходного фарватера.

В середине сентября разобрали погрузочные пристани, а вагонетки переправили на склад. Также с берегов Наровы перевезли большие камни на мол №4. В октябре еще упоминается долбление дна у Коколка и мощение молов у истока. В этом же месяце все суда уже находились на месте зимовки во Втрое реке, и проходил постепенный расчет рабочих. После этого опять ремонт всего того, что требовалось.

Кроме непосредственной производственной деятельности занимались и разными исследованиями. В марте, затем в августе проводили какие-то замеры на реке. В ноябре-декабре около Кашучек измеряли профиль реки.

В конце года приходилось бороться со льдом на реке, чтобы он не повредил находящиеся на плаву суда.




1939 год


В газете «Вести дня» 28.07.1939 г. появились сведения об очередных экологических последствиях, которые увязывали с проведенными работами. Было написано, что в Псковском озере из-за понижения уровня воды более, чем на 1 метр уменьшилось количество уток, обитающих в прибрежных камышах. Также стала хуже рыбная ловля, реже стали попадаться судак, щука и прочая крупная рыба.


Ну, а на самих работах в январе, феврале и марте измеряли профиль реки и течение, для чего приходилось даже пилить лёд. Какие-то измерения проводились между молами, а также на самих молах.

В марте приступили к ремонтным работам и подготовке к началу основной деятельности. В частности сняли стрелу на кране №1 для того, чтобы вместо ручной лебёдки установить мотор для подъема груза. Опять же нет никаких данных о типе и мощности этого двигателя. Закончили этот монтаж уже только в мае.

В апреле ремонтировали деревянную раму у свайного молота Лобница на «Хииглане». Кроме того, на углубителе проходил и другой ремонт: откачивали воду из котла, красили каюты и наводили там порядок.

В апреле камнеподъемное судно и кран №2 приступили к извлечению булыжников со дна Наровы. В этом месяце достали 124,4 кубометров больших камней. Так же, как и в предыдущие годы, не обошлось и без их сверления и разрушения. Делалось это как под водой, так и на берегу.

В мае, надо понимать за ненадобностью, разобрали киппель (перегружатель).

В том же мае камнеподъёмное судно работало на Чудском озере, «улов» составил всего 108,14 кубометров булыжников. Относительно небольшое количество объясняется тем, что приходилось время от времени отвлекаться на очистку фарватера от больших камней. Эта работа оплачивали по часам, и поэтому количество добытых при этом камней не учитывалось. Кран №2 доставал большие камни в 2 смены, результат составил 249,29 кубометров.

Также в мае приступили к освоению добытых больших камней на облицовке мола №4. Эти работы проходили в 2 смены и продолжались на протяжении июня и июля.

В конце мая — начале июня на молу №4 установили разрузочную пристань, там предполагалась перегрузка камней из барж в вагонетки при помощи крана. Заодно построили на молу и саму железную дорогу для вагонеток.

В мае приступил к работе и углубитель «Хииглане», в этом месяце занимались разрушением дна при помощи свайного молота. Исходя из количества экипажа в это время, работа шла в 2 смены. С 1 июня по 1 июля углубитель «Хииглане» работал вместе с буксировочными судами «Пиккер», «Ильмарине» и «Хюва», а также баржами №1, №2, №3, №5 и №6. В течении 2 смен за 26 рабочих дней, погрузили и вывезли на разгрузку всего 109 барж при месячной норме в 52 баржи (2 баржи за одну смену). За такой «ударный» труд экипажам выше упомянутых плавсредств полагалась премия. В работе, кроме того, принимали участие два крана, из которых кран №1 теперь был механизирован и в его команду, кроме боцмана и 3 матросов, входило 3 моториста. Ну, и неквалифицированную работу по разгрузке барж осуществляли 4 артели, из них 3 были по 17-18 человек, и в одной было только 12. Вагонетки с разрузочной пристани до конца мола перевозила лошадьми. Артель коневодов состояла из 3 человек с таким же количеством лошадей. В конце мола вагонетки разгружали и пустые доставляли назад под погрузку. Бывало, что в некоторых местах приходилось катить их и вручную. Отдельная бригада из высыпанных груд камней планировала склоны мола.

В июне камнеподъемное судно вынуло из реки 79,84 кубометров валунов, в июле — 91,08 кубов и в августе — 31,17 кубов, а также очищали фарватер на Нарове. Специалисты разрушали большие камни на молу.
Разгрузка баржи от камней вручную при помощи тачек. Прим. 1939 г.(из личного архива автора)


В июле всё также работали 5 барж и сверх нормы удалось погрузили углубителем разгрузить на молу 57 барж. Две артели, занимающиеся выгрузкой камней из барж, состояли из 17 человек и еще две — по 13. Одна артель работала на молу №4, там мелкие камни кидали вручную лопатами прямо через борт. Две артели были заняты на молу №1. А одна артель совместно с краном №1 разгружали баржи от плитнякового мусора (такой термин применялся тогда, можно считать, что это просто щебень) на берег Наровы около хутора Абрамова в деревне Переволок. По всему получается, что это левый берег реки, и имеется в виду, так называемый, Эстонский Переволок. Там смастерили разгрузочную пристань на козлах (опорах) для приёма барж. Постепенно туда перемещается основной объем камней, вынимаемых «Хииглане». С середины июля до конца августа на этом месте работало уже 2 артели.

Почему же стали складировать щебень в таком, на первый взгляд, странном месте? Газета «Вести дня» от 27.01.1939 г. писала, что летом будет проходить строительство дороги от Куремяэ до Пермискюла (Верхнее село). Ясно, что щебень, полученный при углублении Наровы, был необходим для этой дороги. Тем более всё равно на молы весь камень, добытый со дна реки, не помещался. О чём собственно было известно с самого начала.

В августе 5 барж, работая вместе с «Хииглане», «Хюва» и «Ильмарине» в 2 смены, погрузили и разгрузили сверх нормы 74 баржи. Баржи доставляли к молу №1, его активно строили весь месяц. В течение 1 недели к молу №2 и потом к молу №4, там 2 артели опять же вручную разгружали баржи лопатами через борт. Камень, который доставали со дна, возможно большей частью оставался с прошлого года, когда его разрушали взрывами. Совершенно точно углубителю приходилось крушить донные скалы свайным молотом Лобница в августе. Вероятно этим занимались в 3-ю смену.

Продолжалась облицовка мола №4 в 2 смены, другие люди планировали склоны этого же мола почему-то щетками. С озерной стороны копали канаву для камней. Около Эстонского Переволока уложили железную дорогу в неизвестном направлении и длины. Можно только предполагать, что она была сделана для облечения перевозки материала на строительство дороги.

В сентябре командам 5 барж, «Хииглане», «Хюва» и «Ильмарине» и плавучего крана №1 опять же за погрузку, проводку и разгрузку в 2 смены сверх нормы 67 барж назначили очередную премию (всего нагрузили 119 барж). Наличие хороших финансов в это время позволяло стимулировать людей к более интенсивному труду. Активная работа продолжалась в ноябре и начале декабря.

Камнеподъёмное судно в сентябре расчищало фарватер Наровы от больших камней, в октябре достали со дна 95,69 кубометров валунов со дна реки напротив Криуши и Омута. В ноябре оно, главным образом, опять же занималось очисткой фарватера. В сентябре к подъему валунов присоединился ручной кран №2 и баржа №2. Они собрали с правого берега реки Втрои 39,114 кубометров больших камней и с левого берега северо-западнее Васкнарвы — 66,817 кубометров. Все эти булыжники доставили на мол №1. Как обычно, самые большие валуны разрушали при помощи динамита.


В сентябре и октябре около хутора Абрамова на левом берегу Наровы на разгрузке барж сосредоточилось уже 3 артели и кран №1. Насколько можно определить, в таком же составе занимались там работой и в ноябре.

В сентябре проходила облицовка в 2 смены молов №1 и №4, затем в октябре и ноябре — только мола №4. Не забывали до этого заниматься и планировкой склонов, и размещать в выкопанной канаве булыжники. Этим занимались также и в октябре.

В конце сентября приступили к разборке разгрузочной пристани в Васкнарве, а на молу №1 демонтировали железную дорогу. Но при этом в октябре всё еще занимались его планировкой, то есть придание правильной формы склонам.

Как было написано в газете «Русский вестник» от 09.12.1939 г. из-за низкого уровня воды «Хииглане» оказалось на мели, и вынуждены были прекратить работу на 2 недели раньше. Предполагалось, что до 15 декабря будет вынуто около 8000 куб. метров плиты, и тогда работа будет закончена, а предприятие предполагалось ликвидировать. Однако теперь приходилось возобновить деятельность в марте и вести её до середины лета. Таким образом, в этом году углубитель закончил работу 3 декабря.

Похоже, что чуть ли не впервые за долгие годы, работы прервались не из недостатка финансирования, а по другой, природного характера причине.

Ясно, что и все остальные суда прекратили движение где-то в начале декабря, после чего «Хюва» и «Сортилане» вытащили на берег. Видимо только краны №1 и №2 закончили трудиться 23 декабря.

Осталось еще не отмеченной регулярная перевозка топлива, то есть дров от складской площадке в Васкнарве (на самом деле около Скамьи) на рабочее место углубителя в Кашучку.

Всю осень также регулярно проводились измерения скорости течения воды на Нарове.


Журналисты знали всё: «Старый Нарвский Листок» от 03.05.1939 г. сообщила, что вопрос о строительстве гидростанции в Нарве мощностью 52500 киловатт в принципе решен, но когда приступят к работам еще неизвестно. Отмечалось, что это самая дешевая электроэнергия. Впрочем, никаких документов на этот счет за этот год не находилось.

Та же газета в номере от 20.02.1939 г. писала: «Нынче предполагается окончательно завершить работы по понижению уровня озера Пейпси. В прошлом году в районе Скарятины дно реки Наровы было углублено на протяжении 150-ти метров, шириной 30 метров и глубиной в 4 метров. Нынче этот участок реки будет очищен от взорванного в прошлом году камня, которого на месте лежит около 1000 куб. метров. Тем самым задача будет выполнена. Добытый со дна камень по-прежнему будет отвозиться в Скамью на постройку молов ...».

Обозначены были в газетах и перспективы на будущее. «Русский вестник» от 26.08.1939 г. написал, что обмеление Наровы затрудняет пароходное движение. «… Управление водных путей сообщения предполагает начать новые углубительные работы. Прежде всего в наиболее опасных местах дно реки будет очищено от подводных камней. Одним из опасных место является порожистая часть Наровы близ дер. Узна, где предпринята будет очистка дна на протяжении трех четвертей километров. Также и район гавани Кулгу .... Кроме подъема камней с речного дна, предприняты будут в некоторых местах углубления фарватеров». «Старый Нарвский Листок» в свою очередь сообщал о планировании углубить для нужд судоходства омутские пороги. Об очистке дна в районе Омута и Крушей сообщали также "Вести дня."





1940 год


В начале года, по уже можно сказать сложившейся традиции, занимались ремонтом техники. При наступлении морозных дней обкалывали лёд вокруг плавающих судов. Но этот год, будучи последним, внес и свои коррективы. Проводилась активная инвентаризация всего имущества, надо было уточнить, с чем в итоге пришли к финишу. Не забывались и исследовательские работы, в частности, измерение скорости течения воды.


В газете «Вести дня» 13.02.1940 г. писали: «… Работы, начатые в 1929 г. закончены. В результате их у Коколка прорыт в плитняковом дне канал длиною в 1500 метров, шириной 30 — 40 метров и глубиною в 2 — 4 метров. Общая длина сооруженных у Васкнарвы молов составляет 3 км. … Как показали наблюдения и вычисления, движение в Нарове увеличилось и по количеству и по скоростям ... Правление этого предприятия к 1 апреля с.г. должно быть ликвидировано. Багерная машина переходит в ведение другого ведомства и будет работать лишь короткое время по добыче со дна Наровы плитняка для дорог … Инвентарь управления частью будет отправлен в Тарту, а частью продан с торгов на месте ...».

Дата 1 апреля была обозначена еще в 1938 году, но судя по фактам, это случилось на 4 месяца позже.

В апреле, кроме продолжившегося ремонта на «Ильмарине», стали проводить откачку воды из всех кранов и барж. По всей видимости, оставшийся от взрывных работ динамит перевезли из Коколок в Васкнарву. В Кашучках для водоизмерительного поста забили чугунную метку и провели нивелирование. Судя по тому, что в конце апреля ломали лёд в устье Втрои для выхода «Ильмарине», весна в том году была поздняя. В апреле же приступил к работе углубитель «Хииглане», который продолжал свою деятельность до конца июля. Его задача была вынуть со дна реки около Скарятины, оставшиеся после ранее сделанного разрушения, камни.
Корабли департамента морских путей в Васкнарве. Буксирное судно "Ильмарине" и баржа для перевозки камней около борта углубителя "Хииглане". Более вероятная дата 1940 год.(из собрания Эст. морского музея MM F 2758)


Основная работа развернулась с 6 мая. Начали деятельность буксировщики «Хюва» и «Ильмарине» вместе с баржами №№1, 2 и 3. С 9-го числа 3 артели примерно по 13 человек продолжили у хутора Абрамова на левом берегу Наровы разгружать баржи от плитняка. В этом им помогал кран №1. Выгруженную кучу камней как-то облагораживали или планировали. В этом месте переустановили железную дорогу для вагонеток. Деятельность там продолжалась до июня.

Можно еще упомянуть моторную лодку «Сортилане», работавшую с 15 апреля по 17 мая. Она помогала буксировать баржи и самостоятельно перевозила некоторое количество материалов или работников.


18 мая 1940 г. директору Водных путей была отправлена докладная записка, в которой подводился итог использования финансовых средств. Там было указано, что работы по большей части были завершены, и молы построены. До 20 мая 1940 г. израсходовано 1689547.86 крон, и на 1939/40 гг. предварительно было назначено 138000 крон, из которых к указанному сроку было потрачено 105000 крон. Оставалось 33000 крон, и из этой суммы было необходимо потратить на облицовку молов 5500 крон и на работы по ликвидации 2195 крон. Необходимо было еще провести работы по углублению для судоходства. В Васкнарве запланировано потратить на углубление 20000 крон, и остаток составлял 5305 крон. Эти сэкономленные деньги было предложено пусть на премии ряду постоянным работникам, трудившимся на этом предприятии по несколько лет. Не был обделен в этом списке и сам начальник департамента Водных путей.

Вроде бы с самого начала на работы выделялось 1653000 крон, и получался перерасход в 3547,86 крон. Откуда взялись эти деньги можно судить только по газетной заметке в газете «Старый Нарвский Листок»: «… В продолжение мая землечерпалка «Хиглане» произведет очистку дна в районе Кашучки (около Скарятины), а затем займется очисткой фарватера между озером Пейпус и Наровой. В этом году кредиты на дноуглубительные работы отпущены не были. Работы производят на средства, полученные от дорожного управления Вируской уездной управы за взорванный камень, который был продан на постройку новых дорог. ...». Точных документов на этот счет на данный момент не найдено.


В июне и июле продолжали облицовывать мол №4. Булыжники при помощи крана №1 и баржи №2 доставляли на мол с берега Наровы. Частично этим же краном с береговой стороны мола №4 большие камни грузили на баржу, которые перевозили на озерную часть. Кран №2 работал как раз с восточной стороны мола и помогал устанавливать там камни.

За июнь и июль камнеподъёмное судно снабдило облицовщиков булыжниками со дна Наровы в количестве 180,66 кубометров. Как и в прошлые годы многие из них приходилось сверлить и разрушать взрывчаткой.

В конце июня отмечен работающий между молами водолаз.

В это же время активно продолжилась ликвидация предприятия. Взвешивали железо, перевозили ненужный инструмент с мола №4 на склад. В мастерской демонтировали оборудование. Инвентарь конторы в Васкнарве паковали и укладывали в омнибус. Вычистили и смазали вагонетки — они могли пригодится на других объектах. Выносили железо на складскую площадку. Занимались дефектовкой многочисленных тросов. Потом их вместе с железными емкостями грузили на баржу. Вынимали из воды кабель телефонной линии, в этом деле участвовал плавающий кран №7070. После того, как стал не нужен кран №1, с него сняли мотор и троса. В июле уже шла погрузка всего инвентаря на баржи для перевозки в Тарту. Железо, нефть, керосин, рельсы, вагонетки, якоря, другие складские материалы — всё это было загружено для перевозки на другой склад департамента Водных путей. Что-то из ненужных материалов распродали местным жителям.


Все работы были закончены 1 августа 1940 г., и предприятие по понижению Чудского озера прекратило свою деятельность. Вместо самого первого варианта провести работы за 7 лет, это всё растянулось в итоге на 11 с половиной лет. За это время даже власть в стране успела поменяться.


8-16 августа «Ильмарине» и «Хюва» отбуксировали баржи №1 и №2 из Васкнарвы в Луунья. Это, видимо, как раз и был груз с ликвидированного склада. Туда же направили и углубитель "Хииглане".


Но на этом работы на Нарове не прекратились, фактически была основана новая организация: углубительные работы в верхнем течении реки Наровы. Их финансировали осуществлялось через разные департаменты Министерства дорог.

Так по заказу дорожного департамента в августе и сентябре извлекали большие камни со дна Наровы в порогах Омута. Отмечали знаками в районе Васкнарвы проход для судов по реке. На фарватере Наровы переставляли береговые отметки и красили их.

В октябре в течение 2 недель до 31 числа по заданию отдела Водных путей работал плавающий кран №2, буксир «Хюва» и две баржи. Краном поднимали со дна, перевозили, ставили на место и при необходимости переставляли валуны на молу №1 для защиты от волн. Плитняк же устанавливался на начало этого мола для защиты склона уже под водой. В районе Васкнарвского фарватера опять же при помощи крана поднимали булыжники, и помещали их на мол №1 всё так же для защиты склонов. На молу №4 выгружались нужные для строительства пристани камни.


Как известно, в это время в Эстонии сменилась власть, и перед новым Советским правительством работники сразу же поставили вопрос о повышении зарплаты. Ранее ничего подобного в документах не находилось. Так команда судна подъема камней писала в прошении: «Работаем на реке Нарове в порогах Омута на судне подъему камней с зарплатой простого рабочего 2,40 кроны в день мы вынуждены сделать, из-за сильного течения очень тяжелая и опасная работа которую нельзя сравнивать с обычной простой работой — требует определенного навыка и способности и очень тяжелая. … просим 3,50 кроны в день. 18 августа 1940 г.». Надо думать, после того, как управились в Омуте, в сентябре камнеподъёмное судно оттуда лошадьми дотащили до Кокольского острова.

Сборка камней в верхнем течении Наровы на пути движения судов продолжалась. В ноябре эти работы проходили напротив Ууснова, в декабре — Криушей. Газета «Советская деревня» 6.09.1940 г. писала: «В конце июля месяца Управлением Водных путей предприняты работы по улучшению судоходных условий на реке Нарове в верхнем ее течении от дер. Скарятина до дер. Омут, где река имеет пороги, которые опасны для судоходства. Для уборки с фарватера реки отдельных подводных камней …. Поставлена на работу камнеподъемница, которая до настоящего времени отчистила от камней фарватер от Скарятины до деревни Степановщина и подвигается с работой к дер. Омут. Для углубления фарватера в районе дер. Омут необходимо снять находящуюся там отмель из песка, гравия и мелкого камня. … здесь приступлено к работе ручным способом, т. е. к расчистке мели при помощи ручного черпака небольшой емкости. Работа эта берет много времени и продуктивность ее незначительна. До настоящего времени на этой отмели углублен фарватер на протяжении 50 метров при ширине 10 метров, тогда как общее протяжение подлежащих расчистке мелей около 150 метров …. на все эти работы отпущен незначительный кредит … В районе Васкнарвы предполагается в ближайшее время приступить к углублению дна реки при помощи землечерпальной машины … ». Та же газета, но 4 дня спустя написала, что был получен дополнительный кредит, чтобы закончить работы около Омута и с 9 сентября проходят в 2 смены. Точно сказать какая именно сумма была получена на эти работы нельзя, но на октябрь месяц упоминался свободный кредит — 37586,31 крон.


В связи со сменой политической власти изменил своё название и орган, курирующие работы, теперь он стал называться Центр морского транспорта ЭССР.

В отчете о работах по углублению Наровы в верхнем течении, которые делались в соответствии с разрешением с 16 августа до 1 декабря, отмечалось, чем же занимались в это время рабочие суда. Углубитель «Хииглане» был переправлен через Чудское озеро из Тарту в Васкнарву на рабочее место. Его задачей было провести углубление фарватера реки между молами. «Советская деревня» от 13.09.1940 г. уточняла дату: «… с 4 сентября приступлено к землечерпальным работам по снятию мелей в местах заторов. Вновь доставленная сюда землечерпалка «Хииглане» … работает у села Васкнарвы по расчистке фарватера между построенными там молами. По окончании этой работы, она перейдет вниз по реке к Васкнарвскому острову, где должна снять мель протяжением около 40 метров и далее к дер. Кукину берегу, где отмель имеет протяжение около 1 км. Эти работы также предположено закончить в осенний период ...». Команда углубителя состояла в это время из 18 человек. Буксировочные суда «Ильмарине» и «Хюва» доставляли баржи на разгрузку в Чудское озеро на расстояние примерно 7 км. По выходным с их помощью вывозились дрова (топливо) от складской площадки к месту работ, это примерно 10 км. На обоих буксировщиках работало 13 человек. Баржи номера 4.035 и 4.036 (теперь использовалась такая нумерация) участвовали в перевозке и разгрузке грунта, как указано выше. Баржи эти были уже далеко не новые, и у них часто рвались цепи, которыми открывали и закрывали донные люки. Цепи также растягивались и из-за полуоткрытого люка на дне баржи, они застревали между молами. Тогда буксировщикам приходилось их сдергивать оттуда. Баржи для подвоза топливного материала №1 и №2 были доставлены из Тарту в Васкнарву и занимались подвозом дров к углубителю.


По всей видимости, планировалось провести дальнейшие работы по углублению фарватера Наровы на протяжении всего верхнего течения. Об этом можно судить по составленным в 1941 году картам. Делалось ли что-то весной 1941 года, доподлинно неизвестно, хотя с прошлого года осталась неизрасходованной сумма в 25537,34 крон. А дальше началась война, и стало уж точно не до реки с её мелями.


Известно, что в 50-х годах проходили углубительные работы фарватера между молами при помощи взрывов. 

Работы по понижению уровня Чудского озера и углублению русла Наровы





По состоянию на 2018 год, как это может показаться и не странным, но все четыре мола являются территорией Эстонии. При чем мол у правого берега является недоступным не только для россиян, но и для жителей Эстонии (интересно, много ли таких мест в Эстонии, которые не являются военными объектами, но куда всё равно нельзя ступить без специального разрешения?). После 1944 года, когда проводили внутрисоюзную границу между Эстонской ССР и РСФСР, было принято решение, что раз молы построили «эстонцы», то пусть они их обслуживают и присматривают за ними. Границу прочертили весьма хитрым образом так, что она между Скамьей и Васкнарвой резко «ныряет» с фарватера к правому берегу, и там проходит вдоль берега озера. В 1991 году при установлении уже межгосударственной границы — ничего не поменяли, то ли забыли, то ли не до того было. Сейчас для обычных россиян закрыт проход из Чудского озера в Нарову и обратно, так как вся акватория между молами является суверенной территорий Эстонии. Подготовлен новый договор о границе, по которому граница и в этом месте должна будет проходить посередине реки, по условному фарватеру (см. схему). Тогда четвертый мол отойдет к России и её территория прирастёт на сколько-то квадратных метров. Но ясности, когда этот договор будет подписан и случится ли это когда-нибудь вообще — нет. И с каждым годом перспектива его ратификации всё туманнее и туманнее.


Про какое-то «обслуживание» молов уже давно не идёт речи, они предоставлены сами себе, и вполне себе потихоньку разрушаются за прошедшие уже почти 80 лет.


Надо сказать, что в итоге молы существенно изменили географию. Исток реки Наровы значительно отодвинулся в озеро. Течение реки в верхней части реки стало другим, более сильным. Это вызвало где-то образование новых островов, а где-то смывание берегов. Насколько тут повлияли именно молы сказать очень сложно, но без сомнения определенное влияние они оказали.

Из-за сильного течения изменился характер замерзания реки в районе Васкнарвы.


Перед первым молом (от озера) образовался изрядный кусок песчаного берега с несколькими рядами возвышенностей (дюнами). Непосредственно с озером соприкасается в настоящее время буквально только несколько десятков метров оконечности этого мола. Между первым и вторым молами, а также вторым и третьим — пространство полностью заболочено и, можно сказать, является недоступным для людей в летнее время. В этом пространстве прорыто уже несколько каналов. Один из них проходит от конца второго мола по диагонали к основанию первого и далее вдоль бывшего берега озера. Он был прорыт еще 70-е годы к тогдашней лодочной станции и другим концом выходил в озеро. Еще один сделан вдоль западной стороны второго мола относительно недавно и ведет к недействующей пристани. Канал же вдоль третьего мола активно используется приезжими рыбаками для спуска лодок на воду и выхода в озеро. Перед молами, которые у западного берега, образовалась новая песчаная отмель. Возможно, со временем и это пространство будет «отвоевано» у воды.

Участок между оконечностью четвертого мола и восточным берегом Чудского озера занесен песком. Внутри осталось своего рода внутреннее озеро, протянувшееся вдоль восточной стороны мола. Как написано выше, это в настоящее время тоже территория Эстонии.


На первых двух (от озера) молах за это времени выросли целые заросли кустов и деревьев. Когда там идешь, создаётся полное впечатление, что двигаешься по какой-то возвышенной лесной тропинке, например, среди болота. И только выйдя на окончание первого мола, видишь перед собой огромное озеро — приходит осознание происходящего. Только тогда понимаешь, что до этого шёл по рукотворному сооружению.

Так как место между молами недоступно для людей, там образовался своего рода экологический заповедник для птиц и другой живности. Особенно полюбились камни, которым облицовывали в своё время молы для зашиты от волн, змеям. Они в изобилии в солнечные дни выползают греться на валуны, а в случае опасности прячутся в щели между ними.


В 1-ой главе указывалось, что молы — это не совсем правильный термин и корректнее было бы употреблять дамбы. Мол — это сооружение для защиты от волн. Но с течением времени получилось, что именно защитная функция и стала для них основной. Благодаря молам практически перестало затапливать деревни Скамья, Васкнарва и другие в верховьях реки. Ледоход из озера перестал разрушать прибрежные строения, что было не редкостью до того. Старожилы рассказывали, что раньше в Скамье ничего не строили на берегу реки — бесполезно, всё равно весной лед сломает и унесет постройки. Это стало самой большой и очевидной пользой от возведения молов.


Значительно улучшились условия судоходства по Нарове. Во-первых, не стало совсем Кокольских (вдоль Верхнесельского острова) порогов. Своеобразную подводную канаву можно разглядеть на снимках со спутника, в виде более темного участка реки, тянущегося вдоль острова. Во-вторых, из реки убрали почти все крупные камни, также мешавшие проходу судов и лодок. Не стало в том числе и огромного валуна, который был между Васкнарвой и Скамьей (ближе к берегу последней), от которого издавна отмерялась середина реки. Другой вопрос, что в настоящее время в виду того, что река является пограничной, движение каких-либо мало мальски заметных судов отсутствует.


Есть ли реальное понижение Чудского озера — точных исследований нет. Имеется значительное колебание уровня воды в озере год от года. Средняя величина обычно указывается в 30 метров относительно уровня моря, что несколько меньше чем было до начала проведения работ. Но опять же, совершенно точно нет никакой возможности говорить о какой-то реальной пользе от этого понижения. Сельского хозяйства в настоящее время на приозерной земле практически отсутствует. Впрочем, каких-либо серьёзных исследований по этой проблематики обнаружить не удалось. 

Молы около Васкнарвы ‎‎(Сыренца)‎‎, осень 2016 г.



Проследует продолжение, рассказывающее о тех, кто принимал участие в этих работах. Главным образом, это жители принаровских деревень.