«Сыренец»
(воспоминания о нем)


Автор поэмы -  Жейбе Александр Августович (родился 02.10.1913 г. в Сыренце, умер 14.12.1994 г. в Риге),
отец - 
сыренецкий учитель Жейбе Август 
Андреевич, мать - Мария Васильевна (дев. Заутина, уроженка Сыренца), 
стихотворение датировано: 2 августа 1979 года.


Вблизи у озера Чудского
Есть чудо дивный уголок,
Там, где река Нарова,
Берет из озера исток!

Для жизни люди подыскали
Его уж сотни лет назад,
Там поселенье основали,
Вернее маленький посад.

Года, столетья пробегали,
Посад разросся наконец.
Названия долго не искали
и окрестили «Сыренец»

От слова сырость, вероятно,
Назвал селение народ
Весьма доходчиво, понятно
Ведь сколько там лугов, болот,
Да и вообще проточных вод.

И эти водные просторы
Хоть сыро, низко — не беда.
Влекли сюда людские взоры,
Селились люди навсегда.

Их наводненья не смущали
Ни комары, ни мошкара.
И поселенцы приезжали
Порой с других краёв сюда

Здесь род Заутиных мы знаем
Своё начало получил
В церковной книге мы читали,
Антон Заутин первым был.

В Тверской губернии родился,
В селе Осташкове, сюда
Приехал, поселился
Оставив память на года.

Привыкли люди здесь трудиться
И не имея пахотной земли,
Порой приходится дивиться,
Добиться много смогли.

Отлично рыбой промышляли,
В просторах озера, реки,
Сапожным делом занимались
Умело шили сапоги.

С годами лодья строить стали
Красавцы чудо-корабли.
В них товары погружали
И их по озеру везли.

Вблизи имели огороды,
Держали все почти коров
И помаленьку с каждым годом,
Свой улучшали быт и кров.

Сыренец креп и расширялся
И стал культурнейшим селом,
Почти что с городом сровнялся
И всё что надо было в нем.


Были в нём свои заводы,
Где можно было кожи мять,
Дубить, сушить и потом
Уж пароходом
Товар сей в город отправлять.


Стояла мельница большая,
В конце села там на лугах
И в ветер крыльями махая,
Зерно дробила в жерновах.

Была пекарня и мясная,
Аптека, почта, лавка, клуб.
Своя цирюльня небольшая,
Чтобы завить на праздник чуб.

Была здесь церковь вековая,
Большая школа для ребят
С годов тридцатых начиная
Устроен был и детский сад.

Он пароходным сообщеньем
С городами связан был.
А свой театр по воскресеньям
Спектакли часто проводил.

Стоял он гордо, величаво,
Раскинув вдоль реки свой стан.
И мог гордиться им по праву,
Любой из бывших сыренчан.

Сгорел Сыренец — это знаем
Мы до сих пор удручены,
С печалью в сердце вспоминаем
Каким был прежде, до войны.

Воспоминанья ярки, свежи.
Великолепный белый храм
Река, часовня, башня, сежи
Всё это дорого всем нам!

Всплывает будто в сновиденьи,
Весенний мощный ледоход.
И на Нарову в день Крещенья,
Выходит многолюдный крестный ход.

На святках помним, нагружались,
Ходили славить со звездой.
Блинами вдоволь наедались,
Чтоб лучше встретить пост большой.

Яички в пасху как катали,
Скоплялись праздничной толпой,
На колокольню залезали,
Трезвонить в колокол литой.

В «казак-разбойника» играли,
В собачки, рюхи и лапту
Село всё ловко пробегали,
Ловили мячик на лету.

Грибы и ягоды искали
За Высокою горою,
В реке и озере купались
Весёлой дружною гурьбой.

Когда ж Нарова замерзала,
Вся ребетня пускалась в бой.
На лёд бесстрашно выползала
И воевала со Скамьей!

Коньки мы сами мастерили,
Играли в конки у домов,
На санках с парусом ходили,
На удивленье стариков.

Помним кончалось половодье,
И ветер северный стал дуть.
Под парусами стоим лодья,
Как на парад пускались в путь.

Когда «Заря», «Победа», «Харри»
Пароходов целый ряд,
Из Нарвы, Тарту прибывали,
Был целый праздник у ребят.

Как снастья ловко мастерили
Для рыбной ловли детвора.
Ловить с утра уж уходили
Вниз по реке, на острова.

Грести на лодках состязались
В ветер сильный на волнах
В Скамью на лодках пробирались,
Позабыв боязнь и страх.

Надолго в памяти остались
И вид скамейских берегов.
И то как дивно раздавался
Чудесный звон колоколов.

Вот только часть воспоминаний
Каким Сыренец раньше был.
И каждый штрих из жизни давней
По-прежнему нам сердцу мил!




Vasknarva